Магнолии были свежи

Магнолии были свежи

Софья Игнатьева

RED. Про любовь и не только

Лондон, начало 1960-х годов. Жизнь Мадаленны Стоунбрук – внучки взбалмошной баронессы – ограничивается заботой о цветах, учебой в Гринвичском университете и страстью к искусству. Когда в ее мире появляется профессор Эйдин Гилберт, многое меняется. Ей двадцать, ему сорок семь. У нее еще все впереди, а он готов подвести итоги своей жизни и дать справедливую оценку. Единственное, что их связывает – цветы, поездки к заливу, разговоры об искусстве и Гринвичский университет.

Но может этого уже достаточно для любви?

Комментарий Редакции: Не пошлый роман об отношениях профессора и студентки, вмещающее в себя рассказы о живописи и архитектуре, искусстве Англии и Италии. Удачное совмещение приятного с приятно-полезным.

Софья Игнатьева

Магнолии были свежи

Художественное оформление: Редакция Eksmo Digital (RED)

В оформлении использована фотография:

© Povareshka / iStock / Getty Images Plus / GettyImages.

ru

* * *

Глава 1

Осень в Портсмуте начиналась еще в августе. Как только первый зеленый лист покрывался желтыми прожилками, в воздухе повисала пыль с железным привкусом, и ночи становились длиннее, а дни короче, это означало, что осень уже пришла, и только скрывается за поворотом переулка, как вор и просто ждет, когда можно будет осыпать листву с деревьев и нагнать тучи на ясное небо.

Для туристов только открывался сезон, а Мадаленна была готова сбежать куда подальше, только чтобы не видеть золотую траву и серое небо, начинающее нависать так сильно над красными крышами, что, казалось, оно упадет прямо ей на голову, когда она будет спать. Мадаленна ненавидела осень; в это время всегда уезжал отец.

Когда она была маленькой, то часто смотрела на то, как небольшой пароход отправлялся в свое путешествие туда, куда она не могла поехать и долго плакала в подушку, чтобы Бабушка не услышала.

Ей казалось, что отец ее бросает, оставляет ее с мамой в этом огромном доме, похожем на тюрьму, где за каждой мраморной колонной скрывались тени, а из камина выскакивали злобные угли, готовые спалить весь дворец дотла.