Город мертвых талантов

Шоу обещало быть грандиозным.

– Хотите послушать? – обратилась Зоя к аудитории.

Никто не посмел отказаться.

– Ночь окутала город муз… – замогильным голосом начала Зоя.

Она сопровождала чтение драматическими интонациями, выразительной мимикой, ироничными комментариями. Старалась как могла. Сначала все ржали, потом затихли понемногу.

– Ваше впечатление? – обратилась Зоя Всеволодовна к классу.

Аудитория молчала.

– Смелее! У нас урок литературы. Перед нами художественное произведение. Давайте обсудим! Ломакин, что скажешь?

Ломакин, знаменитый на всю школу хулиган и шут гороховый, поднялся и хихикнул.

– Не знаю. Хрень какая-то!

– И все?

Ломакин пожал плечами и снова хрюкнул от смеха.

– А чего еще-то?

– Молодец! Краткость – сестра таланта. Учись, Белоконь! А то развезла тут… Кстати, почему ты сидишь? Педагог перед тобой стоит, а ты как королева английская…

Саша поднялась. Каждый удар сердца окатывал ее кипятком.

– Посмотри на меня.

“Не смотри в глаза! В переносицу!” – скомандовала себе Саша.

– Сашенька. – сказала Зоя нежно, – Не обижайся. Я желаю тебе добра. Жизнь коротка, а время драгоценно. Не стоит разбазаривать его на бессмысленную ерунду. Дорогая моя, литература – это нечто большее, чем твои словесные завитушки.

“Только не разревись…” – твердила себе Саша.

– А может хватит уже? – громко, с вызовом спросил Ломакин.

– Я сама решу, когда хватит, господин защитник! – прикрикнула на него Зоя, не сводя глаз с Саши.

– Правда, Зоя Всеволодовна! Может у нее талант! – подхватила Юлька.

– Талант? – прищурилась на нее Зоя, – И окинула класс победоносным взглядом. – Запомните, ребята, талант… его не спрячешь. Он всегда пробьет себе дорогу! Если он есть. А если нет… Если ты бездарность, – с наслаждением выговорила она, – то нечего время тратить. Свое и чужое. И уроки мне тут срывать. Забери свою писанину, Белоконь! Все.

Она захлопнула тетрадь.

– Продолжаем урок! Белоконь, к доске!

Саша раскрыла рюкзак, сгребла в него все, что лежало перед ней, выбралась из-за парты, опрокинув стул.

– Что за истерика, Белоконь? – прикрикнула Зоя, – Я тебя не отпускала! Вернись на место! Стул подними!

Саша вышла, хлопнув дверью.

Мама слушала ее, не прерывая. Закончив свой рассказ и не услышав в ответ ни слова, Саша отважилась приподнять мокрые ресницы и вздрогнула, увидев мамино лицо. Бледное, застывшее, чужое.