По собственному желанию

Он задерживался на работе, больше не спрашивал ее «как прошел день?», не интересовался ее жизнью. Да и жизнью их семьи он тоже интересоваться перестал. Это было год назад. А месяц назад, когда Анна нашла хорошего семейного психолога, и позвала мужа на сеанс, намекнув, что в последнее время что-то в их жизни изменилось не в лучшую сторону, он – таки набрался смелости и сообщил, что спасать ничего не хочет, потому что ходит из семьи к некой Ирине, в которую влюбился до смерти.

С тех пор началась череда неприятных разговоров, ссор, слез, обсуждений будущего их как семьи и отдельно Кати (их дочери), в которых Леша не хотел даже принимать участие и в основном молчал.

И вот, наконец, заключительная сцена их семейной жизни. Да что уж там, Анне казалось, что это была заключительная сцена ее жизни в целом: Леша собирал вещи и перевозил их в квартиру, которую они подобрали вместе с Ириной и в которую успели позвать на новоселье Катю.

Тут дверь в прихожей хлопнула. Он ушел. Анна вздрогнула от звука, смахнула с щеки слезу, затем посмотрела в окно на свет, чтобы не расплакаться окончательно и тут увидела, что кофе выкипел из турки и весь оказался на плите.

Она переставила турку на другую конфорку, сняла фотографию, висящую над плитой, вытерла ей пролитый кофе, а затем тряпкой протерла плиту еще раз и смахнула фото и крошки с плиты в мусорное ведро.

Затем она прошла в комнату.

– Даже шкаф за собой не закрыл, – сказала она себе, закрывая дверцу шкафа, которую Леша оставил открытой.

Затем она подошла к зеркалу и посмотрела на себя: на нее смотрела женщина сорока лет с красными заплаканными глазами, убранными в тугой пучок густыми светло-русыми волосами и в теплом домашнем халате.

Анна уже прошла стадии отрицания, гнева, торга и депрессии. Теперь она приняла. Приняла ситуацию и осознала, что ее не изменить и страшнее ухода мужа могут быть только ее внутренние ощущения: ей казалось, что ее жизнь кончилась. Она уже три раза пересмотрела фильм «Москва слезам не верит», чтобы поверить в то, что после сорока жизнь только начинается, но это не помогло.

Ей казалось, что она только что осознала, что прожила долгие годы впустую: она любила мужа, который, как оказалось, ушел с первой подвернувшейся дамой, хранила домашний очаг, который он уничтожил, даже не спросив ее мнения по этому поводу, ходила на работу и отдавалась ей целиком и полностью, в душе зная, что она ее ненавидит и считая минуты до конца рабочего дня. И так каждый день.