Тимьян и клевер

«Удивительные истории…» были прекрасно иллюстрированы, оранжад Нив приготовила выше всяких похвал, а бежать куда-то ради пяти-шести фунтов вознаграждения – средняя сумма оплаты за мелкое расследование – ему не хотелось вовсе. – Отведи мистера Барри в гостиную, я подойду через несколько… Айвор, чтоб тебя рябиной накормили!

Кресло вдруг взбрыкнуло, как живое, и выплюнуло Киллиана на клеверную лужайку – ещё мокрую после утреннего полива. «Истории…» спорхнули, прошелестев страницами, и уютно устроились на сгибе локтя фейри.

Кувшин с оранжадом отрастил ножки и споро побежал куда-то – судя по направлению, на кухню.

– Многие пытались, да ни у кого не вышло, – хмыкнул Айвор. Рядом с ним переминался с ноги на ногу коренастый мужчина лет этак шестидесяти с хвостиком – благородно седовласый, румяный, с окладистой бородой и глазами-щёлочками. Носил он безупречный костюм-тройку, и единственной деталью, выбивающейся из модного, но респектабельного образа, был ярко-зелёный шейный платок, скреплённый у горла крупной булавкой с инкрустацией – лунным камнем-кабошоном.

– У них не было Нив, – резонно возразил Киллиан, с трудом поднимаясь на ноги. – Думаешь, она поблагодарит тебя за лишнюю порцию стирки? – тут старичок совершенно не солидно хихикнул, и Киллиан спохватился: – Добрый день, мистер Барри. Буду рад помочь вам, насколько это в моих силах… И, Айвор, будь любезен, отправь кувшин в гостиную. На кухне ему нечего делать, право слово.

Кувшин выглянул из-за дальнего куста гортензии и виновато щёлкнул крышкой.

Мистер Барри рассмеялся, хлопая себя по бокам с таким звуком, словно бил по бочонку с пивом. Киллиан и сам невольно улыбнулся.

«Может, день не совсем испорчен? В конце концов, не обязательно же Айвор должен приносить неприятности всегда».

Рассказ свой мистер Барри начал издалека.

– Вам, наверное, ничего не скажет это имя, но зовут меня Фергюс Барри, и роду я самого простого, – широко улыбнулся он. Полуденное солнце любопытно глазело в окна, мягкой лапой трогало вазы на каминной полке и хрустальные фигурки, и по отполированным доскам пола разбегались цветные блики переломленного света.

Айвор, взгромоздившись на спинку кресла, подманивал пальцем то один блик, то другой, гладил по ярким крылышкам, как мотылька, и отпускал на волю. – Но моя прабабка по матери, пребывая уже в законном браке, подружилась с кем-то из дивного народа… В результате появился мой дед.