Под крылом дракона

Мой старший брат Лаулон, например, состоит в штате градоначальника… Должен же кто-то заниматься такой малоприятной деятельностью – за всеми следить и держать ответственность, если случится что-то плохое, не приведи Создатель, – спокойно рассказывала эльфийка, когда принц прервал её заливистым хохотом.

– Тише ты! – испугалась девушка. – Таким громким звукам даже магия не помеха. И что тебя так рассмешило?

– То, как ты рассуждаешь об обязанностях лиц, стоящих у власти… Слышали б тебя наши городские управляющие! Подумать только – самую желаемую и доходную должность ты описываешь с таким неудовольствием!

– Что же может быть желаемого, когда это так трудно? Я ни за что бы не решилась нести ответственность ни за кого, кроме себя.

Ну, и кроме своей семьи, конечно же… А ваши управляющие просто не исполняют своих обязанностей. Некоторые даже не догадываются о том, что они есть. Поэтому так и жаждут получить должность, которая даст им власть над другими. Некоторые живущие не имеют понятия о том, что власть – это не вседозволенность по отношению к вверенным существам и вещам, а ответственность за их сохранность и благополучие.

– Да уж, вы действительно особенный народ, – просмеявшись, проговорил волшебник.

– Все особенны по-своему, – сказала Сенеренталь.

– Но вы особенны очень по-особенному! – улыбнулся Эарлан. – Вы какие-то… я даже слова подобрать не могу.

– Знаешь, тот, кто однажды побывал в небе, почувствовал сопротивление ветра и нежность облаков, увидел красоту зарождающегося рассвета и величие Тоукси с высоты полета – тот никогда уже не будет относиться к миру иначе как с трепетом и любовью…

– Нашел! – радостно заключил принц.

 – Улетевшие!

Эльфийка удивленно отстранилась, потом весело рассмеялась, запрокинув голову.

– Это ты верно сказал! – От веселья её голос стал звонче. – Жаль, что крылатые животные вам не поддаются. Это, конечно, совсем не тоже самое, что на своих крыльях, но всё-таки!.

.

Эарлан непритворно побледнел.

– Нет, спасибо! – поспешил ответить он. – Даже представлять не хочу, на какую высоту поднимается ваш единорог!

– На такую же, как и мы, когда летаем, – пожала плечами Сенеренталь, не понимая внезапной перемены настроения принца. Потом вспомнила, что у остальных живущих в инстинкт самосохранения входит боязнь высоты, и искренне посочувствовала волшебнику.