В.А.М.П.

На миг его взгляд потух, и он потерял из виду весь зал, публику и даже своего противника. Тяжелая пелена забвения рухнула на его голову.

– Пять! Шесть! Семь! – отсчитывал где-то над ухом судья.

И именно этот счет привел Германа в чувство. Он скорее оперся на колено и с последней секундой поднялся на обе ноги. Голова была как чугунный колокол, пустая и заходившаяся гулким звоном от любого звука.

Насмешливый взгляд Лося Герман разглядел сразу, почувствовал поднявшийся в груди гнев и бросился в атаку.

Они вошли в клинч, навалившись друг на друга и с силой ударившись плечами в ребра противнику. Сжали друг друга в удушающих медвежьих объятьях.

– Брейк! – грубо оттолкнул их рефери в разные стороны.

И практически сразу же раздался гонг, возвещавший об окончании раунда.

Без сил упав на стул в своем углу, Герман вытянул гудевшие ноги и раскинул руки на канаты, дыша тяжело и глубоко. Вокруг суетился Жека, молча и быстро выполняя свою работу.

Среди всех прочих повреждений и припухлостей именно разбитая губа почему-то доставляла Герману наибольший дискомфорт. Она сильно кровила, и этот солоноватый металлический вкус, наполнявший рот, сперва заставлял Медноголового морщиться, но в один момент все неожиданно изменилось. Кровь продолжала смешиваться со слюной, она растекалась по небу, обволакивала горло, и Герман вдруг почувствовал, что впервые за многие годы ее вкус пришелся ему по душе. Это был пикантный и терпкий вкус.

Он все так же без движения сидел в своем углу, смакуя собственную кровь, как какое-то экзотическое блюдо, и подмечая странные изменения. Голод, терзавший его с самого начала боя, отступил на задний план, голова перестала гудеть и туман перед глазами окончательно развеялся. Он ощущал, как его руки наливались непонятно откуда взявшейся силой.

– Вперед! – катмен сунул в рот другу запасную капу и соскочил с ринга.

Начался шестой раунд, который должен был стать последним в этом бою.

Но Герман, все еще пребывавший под впечатлением от той энергии, что наполнила его уставший организм после нескольких глотков соленой крови, не торопился сближаться с противником.

Капа разбередила края раны, и новые капли попали на язык Германа.

«Я должен сосредоточиться. Не время отвлекаться на странности», – мысленно одернул себя мужчина. – «Надо аккуратно и чисто завершить раунд.