В.А.М.П.

 – Сейчас современное общество давно позабыло о такого рода сказках, вот только они неожиданно оказались куда реалистичнее, чем можно было подумать… Да, все мы здесь, в В.А.М.П., заражены, все нуждаемся в крови для поддержания своей жизни. И ты теперь стал одним из нас.

– Но я не хочу быть таким! Не хочу иметь эти жуткие клыки и пить кровь! – в ужасе зачастил Герман, вжавшись в металлического кресло.

– Вообще-то, клыки я тебе уже сделал, – с явным недовольством в голосе заметил Дантист.

Боксер вновь схватился за зеркало и раскрыл свой рот, с волнением вглядываясь в собственные зубы.

– Это электронные импланты. – Док почесал мизинцем свою бровь. – Хотя точнее было бы сказать, что это полноценные нейронные протезы моего собственного производства. Устройства, которые теперь установлены вместо твоих старых клыков, обрабатывают определенные мышечные и нервные сигналы, поступающие на сами имплантированные блоки через микроэлектродные массивы…

Тяжело вздохнув, Альберт закатил глаза и решительно прервал Дантиста:

– Иными словами, стоит тебе только раскрыть рот и подумать о своих клыках, как импланты выдвинут наружу острые лезвия, способные разрезать любую кожу.

Герман даже не успел осознать, насколько быстро в его голове пронеслась мысль о клыках, и в тот же миг импланты словно бы удлинились, а их концы опасно заострились.

– Смотри, не обрежься сам, новичок, – со смешком предостерег Альберт.

Едва боксер подумал о более привычной форме своих зубов, как клыки втянулись обратно, ничем больше не выделяясь.

– Зачем это все мне? – Он опустил на колени ослабевшие руки, державшие зеркало. – Я не хочу пить кровь, не хочу быть в вашей ассоциации и иметь эти странные клыки…

– Эти странные клыки, как ты их называешь, помогут тебе выжить и добыть себе пищу в любой момент, – раздраженно нахмурившись, начал было говорить Дантист, но Альберт махнул рукой, прерывая его.

– Неужели в твоей жизни нет ничего, за что стоит побороться, а? – негромко и проникновенно произнес франт. – Пусть ты заразился, но на этом жизнь не заканчивается. Мы здесь все учимся выживать назло целому миру, назло государству, желающему нам смерти, назло болезни, изменившей наши тела. И каждый в этом здании поддерживает других членов ассоциации и дарит надежду… Ты оказался здесь, видимо, не в самый простой период своей жизни.