Четыре в одном. Лирика, пародии, байки Лопатино, Жы-Зо-Па

Снова плачет душа, и от жалости сердце кровит,

безнадёга лягухой ныряет в бессонницу ночью

и от кочки до кочки находит дорогу короче,

пересевши под утро в забытый сознаньем болид.

В смехотворных попытках расставить все точки над «ё»,

обломаю хребет, но любовь и предательство присно.

У Мальвины ресница под тяжестью взгляда провисла,

неудачник-Пьеро бесконечные стансы поёт.

Добродетель, как бремя, цепляет и тащит на дно,

тяжелеет хвостатый подбой горностаевой шубы.

День свалился в закат, и душа постепенно на убыль…

Только знать это всем, да и мне, в том числе, не дано.

аля улю

Гранёный край моей мечты

точили явно неспроста

о монастырские посты…

Но я не та.

Я в Пизе башню не валю,

не я ломала Колизей.

Вся жизнь моя – аля улю.

Гоню гусей.

Летает мусор по стране,

с ним раскумаренный народ

и тем доволен он вполне,

что так живёт.

Один вальсирует в раю,

другой давно в аду осел,

с чертями он, аля улю,

пасёт гусей.

Кому на деньги наплевать:

им что фэн шуй, что не фэн шуй,

в каком углу стоит кровать,

где парашют.

Нет, не красна мне смерть в бою.

Жить, право, много веселей,

тем паче, если познаю

тот мир гусей,

где дым отечества из труб

коптит усердно небеса.

Где люд, проснувшись по утру,

спешит плясать.

Кому тряпьё, кому велюр,

один взлетел, другой присел.

Но первый зрит, аля улю,

косяк гусей…

Мне век свободы не видать,

кто доживёт – тем повезёт.

И семена падут в садах

на чернозём…

Ох, сы?нка, баюшки баю,

спи, мой царевич Елисей.

Как подрастёшь: аля улю —

под нож гусей.

кто придёт после нас

Запредельщица-судьба – не жиличка,

пятый угол в измереньях реален.

Но доказывать сие неприлично:

недовольных по весне расстреляли.

Постепенно прижила?сь квартирантка

в арендованном углу аллегорий,

но пугается, когда на пуантах

привидение скользит в коридоре.

Вроде, всё бы ничего, даже сносно,

эка невидаль: привет из астрала…

Но уж больно провоняли обноски —

почитай, лет пятьдесят не стирала.

Игнорируя бетонные толщи,

в тридцать первую уйдёт, не простившись.

Я вдогонку позавидую: «Проще

ей живётся без углов пятистиший».