Ложь в двенадцатой степени

Пару раз Мантисс невольно начинала сомневаться, а так ли хорошо она сама разбирается в тех или иных вопросах, – настолько настырно Грег твердил свое.

– Вы не так давно тут работаете и многого не знаете. Кругом сплошной обман. Я звучу как параноик, да, но все равно сохраняю бдительность и вижу лучше многих. Знаете ли вы, сколько на этаже кабинетов? – Грег важно задрал подбородок, готовя слушательницу к потрясающему откровению.

– Кабинетов или вообще комнат, включая уборные и каморки с инвентарем? – уточнила Хельга.

 – Пятьдесят одна комната.

Грег сидел свободно откинувшись на спинку. Он не избавлялся от легкой щетины, придававшей ему слегка неряшливый вид, но в остальном выглядел чистоплотным и следившим за собой человеком. Жены у него не было, зато приятелей, по его же признанию, вагон и еще полпаровоза.

– И вовсе не пятьдесят одна.

Хельга жестом пригласила его объяснить. Она готова была выглядеть в его глазах сколь угодно глупой и необразованной, уступать в его маленьких играх, лишь бы он побольше говорил.

Пока серьезных отклонений Мантисс не обнаружила – лишь хвастовство и привирание, и все же для полноценной картины требовалось провести пару тестов и десяток бесед.

– Наверное, вы не посчитали ту призрачную комнату в секторе «В». И немудрено, – ощерился Грег. – Мы сейчас в секторе «А», и в «В» вы не ходите по понятным причинам. Но когда будете там, обратите внимание на комнату без номера. Ей присвоили треугольник вместо цифры.

Иногда она появляется, эдакая призрачная пятьдесят вторая комната.

Хельга покивала. Об этой мистической комнате никто никогда не рассказывал даже анекдотов, но правильно ли относиться к россказням Грега как к забавной выдумке, будучи окруженной странными объектами? Однако и поверить ему Хельга не могла. Она не понимала, для чего Грег сочинил это. А если не сочинил? Неужели он действительно верил, что исследователи вокруг него скрывают страшный проект, а в каждом шкафу хранится своя колба с головой пришельца?

– Я поняла вас.

Вам ужасно скучно на этой должности.

– О, так вы мне не верите? – Грег сложил руки на груди. – Я не суеверный. Черных кошек за хвост в детстве не подвешивал и не сторонился провозимых по улице гробов. Отец всегда отпускал меня посмотреть на покойника. Говорил, нет ничего естественнее смерти. Земля ему пухом…

– А ваша мать жива?

– Нет.