Ложь в двенадцатой степени

Если рассматривать предложение с точки зрения типичных ассоциаций, которые придут в голову большинству людей, то «заря» – это что-то яркое, светящееся, необыкновенно красивое. А еще это та грань, которая отделяет ночь от утра и вечер от ночи. Однако, если Эдгар шел по более сложному пути, он не использовал столь очевидные параллели. Для него заря могла означать неинтересное для него явление, выходящее за грани изучаемого. Или вообще применял коды, связанные с определенной тематикой.

Не имея этих ключей, Хельга никак бы не сумела связать написанное с задуманным.

Требовался конкретный код. Вот только им могло быть сознание Эдгара, то есть все особенности его восприятия в совокупности. Тогда… чтобы понять записи профессора, нужно банально быть им. Никак иначе.

Одновременно с удовольствием от интриги, которая могла быть весьма надуманной, Хельга осознавала, что ей страшно лезть в секреты отца. Ей хватило и одного, поработившего ее внимание на долгие годы. Не хотелось забираться под наросты отчужденности и самодостаточности человека, который научил Хельгу уважать личное пространство других людей и оставлять за ними право на молчание и ложь.

И которого уже не было в живых, так что рыться в его записях – все равно что копаться в вещах покойника в попытках найти припрятанную ценность. Фу как гадко!

Нет, к чему это лицемерие? Эдгару уже все равно. А его дочери попросту не по себе, что она, пытаясь облегчить работу докторов Траумериха и Амберса, может нащупать не путеводную нить, а скользкий колючий хвост ящерицы.

Готова ли она вытрясти на свет очередную непривлекательную правду о профессоре, которую лучше никому, даже Хельге, не знать?

Мантисс заснула на рассвете, так что утро четверга не порадовало своим выходом на сцену реальности. Обыкновенно Хельга добиралась до института на общественном транспорте, но сегодня решила потратиться на такси.

В кабинете ее ожидала награда за терпение последних дней. Лесси с идеально круглым пучком на затылке выглядела подавленной.

Со стороны могло показаться, что она работает над ответственным заданием за компьютером, однако чересчур громкое и торопливое постукивание по клавишам выдавало ее волнение с потрохами.

Хельга знала, что за недавнюю выходку с кофе ответственна Кинси. Мантисс уже не злилась на нее и хотела расставить все точки над i.

– Доктор Амберс опять отругал за Журнал? Говорят, его так и не нашли. Или беда с файлами? – Мантисс положила сумку на стул.