Восхождение к власти: день гнева

– Вы, похоже, сломались, – Маритон для себя подтвердил версию, что с ним поработали «психокорректировщики» мятежников, сделав из него инструмент в своих руках.

Старческий морщинистый лик всей гримасой показал неприятие сказанных слов, после чего сухие губы разверзлись, неся информацию:

– Конечно, в этом мире всякий, кто пойдёт против тюремщика есть тот, кто сломался, ибо он не соответствует отведённой роли или Системному предназначению. Но почему у нас вообще должно быть какое-то предназначение или кто сказал, что какие-то роли должны отыгрывать люди? – взяв секундную театральную паузу отступник, смотря единственным живым глазом прямо в душу аккамулярия духовно продолжил.

 – Вчера мне открыли истину, показали, что наш мир – это тюрьма, в которой гибнут тысячи людей совершенно несправедливо, и я поделюсь с програманнами этой информацией.

– Так расскажите это апостолам, незачем гробить Систему, – рыская в кармане в поисках связного устройства, затягивает Маритон. – Они примут ваши слова.

Можно же начать реформы.

– Знаешь, здесь, на камерах, я видел, как ты бросился к одной девушке, которая ранена. Твоё поведение все бы расценили, как предательство против Инфо-философии, и я бы тоже, будь это раньше. Но ведь, парень, ты понимаешь, что это всё безумие и нельзя расценивать помощь раненой девушки как преступление. Скажи, ты ведь хочешь быть с ней?

– Это не то старик, – огрызнулся Маритон. – Сдавайтесь и с вами обойдутся мягко.

– Мирно не обойдутся… даже, если тебе сейчас удастся остановить меня, грядёт буря, которая сметёт этот оплот зла.

Я… всего лишь хочу ускорить это, сделать менее безболезненным для сотен тысяч людей.

– Тебя остановят, всё исправят.

– Подумай о напарнице, – фраза на секунду ввела парня в замешательство.

Умудрённый возрастом и недавним знанием высоко почтенный мятежник задумался, нахмурившись. За кликом парой клавиш он может ввергнуть всю Информократию в безумие, мятежи и восстания, но время ли сейчас для этого?

– Мне дали важную миссию, – прошептал «еретик».

 – Но дата…

Неожиданно для себя повстанец осознал, что сейчас не время для просвещения и велик шанс, что его дело пойдёт прахом, уж слишком сильны карающие силы. Отверзая уставшие уста, Инфо-кардинал говорит:

– Вот видишь, твои апостолы лишают тебя того, что ты искренне любишь. Информократия забрала у нас всё и дала лишь порядковые номера и закрепление в государстве-тюрьме, отведя вечные роли.