Восхождение к власти: «италийский рассвет»

Ты взял контракт в городе на какого-то монстра.

– Охота же! – ухмыльнулся наёмник. – Так, Данте, в трёх километрах отсюда есть деревня. «Проклятье бессилия», вроде как называется.

– Мда, «весёленькое» название.

– Говорят, там…

– Я не вынесу, прошу, – раздражённым голосом перебивает Данте мужчину, – ещё одной мрачной истории мне пока не нужно. Давайте лучше сразу перейдём к делу.

– Как знаешь. В последний раз именно там видели «Терзателя». Если и стоит начинать, то только оттуда.

– А есть ещё какая-нибудь информация по деревне? К примеру, численность населения, количество домов там? Или всё потеряно?

– В последний раз я там был пару лет назад и всё, что я знаю о селении, может уже быть чистой ложью, не соответствующей действительности информацией.

– Абсолютно.

– Я запомнил, что там было больше двухсот человек, несколько десятков домов. Пара магазинчиков и практически каждый дом держал своё хозяйство.

– А что «местная власть»? Если шайки проходимцев, поставленные на верха криминалом, можно так называть?

– Есть староста, полномочный представитель городской республики, деревенский совет, но это не власть.

Губы юноши разошлись в усмешке.

– Ну, тогда кто там реальная власть?

– Представитель торговой компании «Мания» Рафаэль Ионесси и маститый преступник, стоит за интересы своей шайки «Пять ключей», Зариф. Вместе они держат все денежные и товарные потоки, не чураясь обкрадывать население.

– Оброк?

– Точно! – хлопнув в ладоши, воскликнул мужчина. – Они дерут с жителей оброк в виде товаров или денег. А если оплаты нет, они сами берут, что им понравится.

– Ну, значит, наведаемся к ним.

– Надеюсь, ты не будешь вершить своё «правосудие»? – руки наёмника припустились к поясу, обхватив его.

– Нет, – машет рукой юноша, – просто погорим о том, кто завёлся в их округе и цене избавления от твари. Недаром же я встал сегодня в пять часов.

Два парня направились прочь от места, перейдя на размеренный шаг, уходя за большие возвышения.

Всё вокруг так и давит атмосферой уныния, печали и бедности. Разорённые земли, практически ничего не дающие, лишь часть беды. Животные, терзающие поселения, одна из граней проблемы. Человек стал человеку волк – эта ипостась бед уже намного хуже. В самом лучшем – не знаешь, когда живущий с тобой по соседству, отринет все моральные цепы и не ворвётся ли в твой дом, в поисках пищи или ценностей.