Потомки солнца. Признание Моён

Но если бы я знала, что умру вот так… Давно бы призналась в своих чувствах… Меня поцеловал такой замечательный мужчина… Мое сердце всегда трепетало…»

Музыка трогает человека за душу намного сильнее других видов искусства. Но заставить человеческое сердце биться еще быстрее может только признание в любви. И прямо сейчас Сичжин испытал это на себе.

В следующий миг распахнулась дверь и влетела Моён. Проворная, как белка, она резко выдернула провод из телефона и умчалась без оглядки.

– Ого, вот это сила музыки! – многозначительно улыбнулся Даниель.

– Кажется, виновник этой силы я.

Сичжин радостно улыбнулся и лихо перемахнул через подоконник на улицу, чтобы успеть перехватить Моён.

– Мамочки, напугал! – воскликнула Моён, когда Сичжин неожиданно появился из-за угла. Она с недоумением озиралась по сторонам. – Почему вы здесь? Как вы тут оказались?

– О, это для меня раз плюнуть. – Сичжин тяжело дышал.

– Вот как вы используете специальные навыки, полученные, чтобы защищать нашу страну? В личных целях?

– Просто кто-то проводит слишком публичные выступления, – попытался поддразнить девушку Сичжин.

– Кому-то же надо выступать на телевидении. Вы сами это сказали! Нет, а это забавно. Вы всегда вот так просто слушаете чужие записи?

– Я не слушаю, а случайно услышал.

– Если услышали случайно, то дальше ведь можно не слушать.

– Так мило, что вы нервничаете. Но почему вы сбегаете? Перед смертью хотели мне признаться, а выжили и сразу передумали?

– П… признаться? Это было не признание.

 – Моён растерялась, как маленький ребенок.

Сичжин наконец осознал, насколько он был слеп. Все это время правда была у него перед глазами, но он поверил, лишь когда сам это услышал. Смущение Моён развеивало все сомнения: чувства девушки были искренними, и он ей действительно нравится. Ее бездонный взгляд поглотил Сичжина так, что даже дыхание перехватило, словно он завладел целой Вселенной.

2

Был еще один человек, который все это время скрывал правду и прятал свои чувства, – Тэён.

Наслаждаясь музыкой, наполняющей тренировочную площадку, он умывался, накинув полотенце на шею. Мелодия всколыхнула его чувства и разворошила эмоции, которые он так старался подавить. До сих пор выдержка не изменяла ему: он не поддавался импульсам найти Мёнчжу, спросить, не поранилась ли она, сильно ли испугалась, когда произошло землетрясение, не голодна ли, сильно ли скучала по нему. Но музыка могла сломить его решимость, она испытывала его терпение на прочность.