Господа психологи

Это ей пришло в голову заставить Татьяну каждый раз двигать газовую плиту, чтобы вымести оттуда мусор. У нее же возникла чудесная идея перекинуть на Павлика уплату коммунальных услуг. Все это делалось тихо, под соусом благих намерений.

В пролете между этажами они столкнулись нос к носу. Татьяна шарахнулась. Сухая женщина с длинным, всегда недовольным лицом и вправду могла испугать. Много лет она лечилась от неизвестного хронического заболевания, кажется, у нее болела печень, и это придавало ее лицу оттенок праведного страдания.

Тетя считала, что тянет одна и дом, и двор, и агентство грузоперевозок. В свою фирму она пристроила сестру и племянника, поэтому считала, что все вокруг ей должны. «Мне все должны» – это было написано у нее на лбу, и такую же запись Татьяна скопировала в дневник.

Она поздоровалась с тетей и наконец-то попала в свою спальню. И тут нужно было обязательно закрыть дверь плотно, потому что в доме практиковался активный шпионаж. Главной лазутчицей была бабушка, Татьяна с Павликом так и прозвали старушку: «Бабушка-Штирлиц», это прозвище тоже осталось в дневнике.

Старушка жила на одной половине с тетей, в маленькой комнате, из которой незаметно выползала во двор, якобы для того, чтобы кормить кур. Несколько наседок кудахтали в сарае, старушка с ними разговаривала, в основном о погоде, забирала из соломы теплые яйца, и это служило ей надежным прикрытием.

Бабушка-Штирлиц недавно отметила восемьдесят лет, в силу возраста она умело прикидывалась слепой и глухой, однако регулярно доносила в штаб обо всех передвижениях противника.

Когда о существовании Татьяны под крышей дома-тюрьмы еще никто не догадывался, именно Бабушка-Штирлиц заметила, что в спальне у внука ночует девушка.

Молодых рассекретили жарким летом, два года назад. Тетя и мама были на службе, поэтому Павлик привел невесту для беспрепятственных наслаждений. В столовой ребятишки чудесно пообедали холодной окрошкой, инкогнито искупались в ванной и, спасаясь от жары, открыли окна своей комнаты, полагая, что бабушка спит.

Но бабушка не спала, в самое пекло она дежурила на огороде, искусно делая вид, что собирает жучков с картошки, которая, кстати, никогда не вырастала. И жучки, и картошка тоже были прикрытием, на самом деле Бабушка-Штирлиц секла.

Она услышала подозрительные крики из спальни внука, бросила банку с жуками и мигом прискакала на второй этаж. Шагов ее никто не слышал, мягкие войлочные тапочки давали ей возможность подкрадываться незаметно.