Норковая Шуба

Покидают полчасика – и снова в офис. Их машины занимали весь правый ряд, поэтому на мосту замедлялось движенье.

Ахмет проехал рыбаков, за мостом он набрал своего сына, но телефон у парня был выключен. «Наверное, на лекции», – подумал Ахмет.

Он приехал в университет, постоял с легким трепетом на старинных парадных ступенях, и что-то вдруг его потянуло зайти, взять счет на оплату второго семестра.

В деканате он назвал свою фамилию и ждал, когда же эта милая женщина из канцелярии всплеснет руками, или тот профессор с чашкой кофе у окна обернется и скажет: «Какой у вас умный мальчик!»

Так всегда говорили про Ахмета его родителям.

Он был отличником. Да, умница! Чего уж скромничать, один из пятерых детей, он сам бесплатно получил высшее образование.

Темная нора – таким был дом его родителей. Электричества не было, Ахмет учил уроки с керосинкой. Семья ложилась спать, а он сидел тихонько с книжкой в уголке. Чтобы никому не мешать, он залезал под стол и завешивал свою керосинку одеялом, ему ужасно нравились задачки по математике и по физике.

– Ложись спать, – говорила ему мама. – Глаза испортишь.

А отец всегда заступался:

– Пусть учится. Будет у нас инженером. Будет у него своя фабрика и русская любовница.

За русскую любовницу отец получал, мать толкала его с пуховой перины. На пол он падал громко и весело.

Стены университета разволновали Ахмета, он снова вспомнил свою керосинку и улыбнулся. Это было приятное воспоминанье.

Профессор, тот, что пил кофе у окна, подошел к нему и серьезно спросил:

– Простите, а как выглядит ваш сын? Очень хочется с ним познакомиться.

За первый семестр я ни разу не видел его на своих лекциях. Может быть, вам не стоит платить за второй?

Из университета господин Ахмет выскочил как ошпаренный. Чтобы немного успокоиться, он побежал, не глядя, через площадь по аллеям зеленого парка. В ближайшей мечети включили динамик, он разнес по улице тревожную муэдзинскую песню, и примерно то же самое звучало в душе у господина Ахмета.

Он выбежал на проспект Ататюрка и только там немного отдышался.

4

Центральная улица была полна народу. Ахмет от стыда своего не хотел смотреть на людей, но его глаза по привычке ловили славянских блондинок. Блондинки! Это была его большая турецкая слабость. Из-за блондинок жена Ахмета и подала на развод.

В то время он много ездил в командировки, в Украину и в Россию. После этих поездок на его телефон приходили сообщения от красивых славянок.