Норковая Шуба

– Ты на съем, а я не порть вечер?

– Не груби, зая, не груби, – строго попросила Алена.

До поездки оставался месяц, Малыш надеялся, что сможет ее отговорить. Вот тут и обнаружилась одна проблемка. Оказалось, что время они с Аленой считают по-разному. Для Малыша декабрь – это целый месяц, а у Алены декабрь – начало января. Малыш говорил: «Как же ты уедешь от меня на целых две недели?» Алена его поправляла: «Всего на две недели», планы свои она менять не собиралась.

Из-за этой ерунды они поссорились, поэтому Малыш и оказался на нижней полке в поезде.

Он никак не мог пробудиться от кошмарного сна, ферганский карьер осыпался, завалил Малыша с головой, он пытался выбраться, сбивал ногами одеяло и плевался песком.

Предпринимал он!.. Разумеется. Малыш предпринимал попытки к примирению. Мириться пошел к Алене в ночной клуб. Она к нему вышла всего на секунду и прошипела: «Малыш, я работаю».

Малыш ненавидел эту работу. Из-за клиентов. Он понимал, люди хотят внимания, люди хотят обсудить свой досуг, и поэтому Алена присела к ним за столик.

Это ведь не простые клиенты, это друзья клуба, важные люди, ФСБ или мэрия, все это Малыш понимал. Но ему показалось, точнее, он увидел, в зале было темно, но Малыш не слепой, он прекрасно видел, куда этот «вип» потянул свои лапы. Малыш подошел и ударил клиента с разворота в лицо.

Ах, какая жалость, он подвел Алену! И подмочил репутацию всему заведенью. К Малышу сразу подбежали охранники, выбросили его на улицу и там попинали немножко.

«Не калечить», – Алена их с жалкой улыбочкой попросила. Ей было некогда, она работала и поэтому не вышла посмотреть, как там Малыша провожает ГБР.

Он повалялся, повалялся «на снежку» и придумал. Нет проблем: сейчас ловим мотор, срочно к Алене на квартиру, включаем газ, утром она возвращается, Малыш щелкает зажигалкой – и никуда она без него не поедет.

Ключи от квартиры Алена забрать не успела. Он сам однажды разозлился и спросил: «Ключи отдать?» Она усмехнулась: «Что, все? Нервишки сдали?» Малыш оставил ключики, один плоский, маленький, другой ребристый, длинный, они все время были у него в кармане.

Пока он тискал их пальцами, у него оставалась надежда – он еще сможет вернуться.

В прихожей Малыш разулся, снег отряхнул и прошел на кухню включить газ. Газ он включил, умирать собрался, но зачем-то сунул в стиралку свои джинсы, грязные после битья ногами.