Сквозь объектив

Тогда я решила снова расслаблять узлы, двигая в них запястьями. Кожу обдирало, и от боли я закусила до крови губу. Но раз начала, надо закончить.

Я не хотела тут умереть.

* * *

Еще часа через два веревки ослабли и упали, но самая горькая ирония заключалась в том, что я просто не могла пошевелиться. У меня свело ногу и что-то отдавало в шею. Вывернутая вчера рука тоже болела. Я лежала на полу и глядела на свои разодранные запястья, не в состоянии повести ни одной конечностью. Тени сгустились и потянулись к середине комнаты.

Да, солнце уже садилось…

Тогда я попробовала ползти вперед. До двери, и потом наружу… Я видела ее. Большая, металлическая… Она манила меня.

Но когда я добралась до нее, то поняла, что она заперта. Это был замок, который можно открыть только ключом.

А ключа не было.

Ничего не было.

* * *

Я пробыла в забытьи почти до самой ночи, сама не заметив, как отключилась то ли от общей слабости, то ли потому, что это был мой защитный механизм – отрубиться… Мир виделся как через пленку, и мне хотелось только неподвижно лежать на полу и ждать… Правда, я так и не поняла чего – Кая или смерти.

* * *

Сухость в горле. Запекшаяся кровь на руках. В глазах будто кисель.

Что-то громыхнуло рядом со мной.

Дверь? Дверь.

Шаги. Сладкая горечь. Это в воздухе…

Шорох и стук в синеватой тьме. Белые носки чьих-то кедов перед глазами.

Кто-то наклонился надо мной и бережно приподнял мою голову.

Сквозь туман я видела размытое лицо ублюдка. Почему-то четкими были только его глаза, которые в полутьме отсвечивали светло-серой сталью.

– Что с тобой, Марина? – равнодушно уронил он в пустоту, положив мою голову себе на колени.

Я хотела его грязно обругать и дать по роже, но вместо этого только слабо дернула рукой, касаясь его плеча, и хрипло произнесла:

– Больше никогда меня не бросай…

Странные слова, чтобы говорить их своему похитителю.

– Прости, – сказал он, поглаживая меня по волосам. – Но ты далеко забралась. Я не помню, чтобы тебя тут оставлял.

– Я хочу домой. Пожалуйста.

– Когда ты в последний раз ела? – проигнорировал он мои слова.

– Позавчера утром.

– Почему ты мне сразу не сказала?

– А ты бы послушал? – с трудом произнесла я.

– Не знаю, – задумчиво сказал он, медленно проводя рукой по моему лицу.

Внутри взвивалась обида.