Доктора вызывали?, или Трудовые будни попаданки

В первый день я не думала, что так сложно будет уехать.

– Все будет хорошо, милая, – проворковала негромко, поглаживая тонкие светлые волосы.

Чудесные дети, и как можно было их бросить? Я не знала, что стало причиной: желание скрыть рождение внебрачного ребенка и избежать осуждения, гибель родителей, тяжелая жизненная ситуация или все вместе. Но была уверена, стань я матерью, зубами бы выгрызала право растить свое дитя.

Я подошла ко всем по очереди: поцеловала, обняла, шепнула несколько ласковых утешительных слов.

Малыш Тилл долго смотрел на меня своими серьезными серыми глазами, прежде чем отпустить. Теперь я верила, что нейт Кварл и нейра Бовилл о них позаботятся. А потом, кто знает, как повернется жизнь.

В дверях палаты возник Лик с сумками в руках, возле ног мальчика сидел Уголек.

– Ну что, Аннис, идем? Скоро отбывает почтовая карета.

Я кивнула и бросила прощальный взгляд на место своего боевого крещения. Впереди ждут серьезные испытания, но все-таки хорошо, что и в новой жизни у меня появилась цель.

Глава 12. Академия

Дорога заняла почти три дня. Карета неслась во весь опор, делая короткие остановки для смены лошадей, выдачи и погрузки новой почты, во время которых можно было передохнуть и перекусить. Ночью мы спали в придорожных постоялых дворах, кроме отдельных номеров там были специальные комнаты для путешественников попроще, и народ устраивался на матрасах прямо на полу. Лик брезгливо называл их «клоповниками», но за неимением лучшего приходилось терпеть.

На второй день хлынул ливень, воздух сделался сырым и холодным, а дорога превратилась в грязное месиво.

Я всерьез испугалась, что кто-то из нас может простыть, но обошлось, к счастью. Если исключить тесноту и жуткую тряску, то были и положительные моменты: пассажиры делились друг с другом новостями, обсуждали сплетни и слухи, из которых я узнала хотя бы имя короля. А также послушала о темных делишках магов, о происках соседних государств, еще выяснила цвет подштанников герцога, которого видели сбегающим через окно жены королевского егеря. Тоже важная информация.

Сама я не рисковала заводить новых знакомств, избегая любых разговоров, чтобы не выдать своих «странностей». Да и не до этого было, честно говоря. Истек десятидневный срок, и остатки печати вновь проснулись: руку то сводило судорогой, то пропадала чувствительность. Я уже с трудом ею двигала.

«Вам это не понравится…» – вспоминались слова следователя. Вот садисты! Не могли обойтись по-человечески.