Гром и Молния

Что ему надо?

Он подождал, пока я подойду ближе, и зашептал:

– Я знаю, где она, но ей требуется помощь.

– Кто? Пропавшая девочка? – я не поверила ушам.

Тот кивнул.

– Я нашел ее, но магам нельзя это знать, – малец бросил настороженный взгляд мне за спину.

– Я тоже маг.

Он цепко схватил меня за руку и потянул за собой.

– Ты наша. Шиссайка. Идем со мной, госпожа.

– Куда? – я встала, как вкопанная, и строго взглянула на него.

Мальчик затрясся, как молодое деревце на ветру.

– Клянусь, госпожа, я говорю правду.

Пусть поразит меня священная молния, – он скрестил средний и указательный пальцы в знаке истины. – Ди на окраине деревни, совсем рядом.

Ох, чувствую, я об этом пожалею! Но глаза мальчика умоляли, он торопил меня и вел темными закоулками, опасаясь, что нас могут увидеть.

– Почему ты не сказал ее матери?

– Она помочь не сможет. Ди моя подруга, и ей очень плохо. Она может умереть.

Я твердо решила, что только посмотрю, а потом сразу доложу обо всем Грому. Сейчас мы должны ему подчиняться во избежание проблем.

– Так что с девочкой?

– Я точно не знаю.

Показалось, что мальчишка лукавит. Я схватила его за плечо и развернула к себе. Он тут же поник и шмыгнул носом.

– Ладно, сама посмотрю.

Как любит говорить Искен, это не проблемы ищут меня, а я их. Что случилось с девочкой такого, что сетторцам об этом говорить нельзя? Надеюсь, ничего ужасного.

Внутренний голос твердил, что я поступаю неразумно. Но мы почти у цели, на этом краю деревни никто не живет.

Дома заброшены. Из раззявленных окон торчат ветки, крыши давно провалились и сгнили.

Я сразу поняла, о каком сарае говорил мальчишка. Он замер на месте и ткнул в сторону деревянной постройки пальцем. Казалось, стены могут рухнуть от одного дуновения ветра.

– Простите, госпожа, но дальше я не пойду.

Смелость оставила мальчугана, и он задрожал.

– Ладно, – я кивнула и на всякий случай приготовила боевое заклятье и хиту.

Левую ладонь привычно потянуло, под кожей рассыпались колючие искры.

Дверь, висящая на одной петле, натужно заскрипела, когда я к ней притронулась. За спиной раздался топот детских ног – маленький провожатый бросился наутек.

Вот сопляк бесстыжий! Он или обманул меня, или хитро скрыл половину правды. Впрочем, мне ли бояться? Чего я только не видела.

Внутри пахло пылью, с потолка свисали клочья паутины. Я подсветила себе миниатюрной шаровой молнией, убеждаясь, что в сарае не прячется вражеский отряд.