Нераскрытая тайна

Он снова потянул назад, на этот раз мягче, и нос снова поднялся вверх, слишком высоко, но не так сильно, как раньше, затем немного вниз, и снова вверх, очень легко, и передняя часть обтекателя двигателя успокоилась. Когда он нацелил его на горизонт и тот, казалось, стал устойчивым, он удержал руль на месте, выдохнул – он и делал это все это время и – и он попытался придумать, что делать дальше.

День был ясный, с голубым небом и пушистыми облачками, и он на мгновение выглянул в окно, надеясь увидеть что-нибудь, город или деревню, но ничего не увидел.

Только зелень деревьев, бесконечная зелень и озера, разбросанные все гуще и гуще по мере того, как самолет летел – куда?

Он летел, но не знал куда, понятия не имел куда. Он смотрел на приборную панель самолета, изучал циферблаты и надеялся получить какую-нибудь помощь, надеялся найти компас, но все это было так запутано, огромное количество цифр и огней. На одном из освещенных дисплеев в центре приборной панели красовалась цифра 342, на другом-22.

Внизу были циферблаты с линиями, которые, казалось, указывали, что делают крылья, наклоняются или двигаются, и один циферблат с иглой, указывающей на цифру 70, которая, как он думал – только думал – могла быть высотомером. Устройство, которое говорило ему о его высоте над землей. Или над уровнем моря. Где-то он читал что-то об альтиметрах, но не мог вспомнить, что именно, где и что именно. Чуть левее и ниже высотомера он увидел маленькую прямоугольную панель с освещенным циферблатом и двумя ручками. Он пробежал по ней глазами два или три раза, прежде чем увидел то, что было написано крошечными буквами на панели. Передатчик 221 был выбит в металле, и до него наконец дошло, что это радио.

Радио. Конечно. Он должен был использовать радио. Когда пилота сбили (он не мог заставить себя сказать, что пилот мертв, не мог об этом думать), он пытался воспользоваться радио.

Борис посмотрел на пилота. Гарнитура все еще была на его голове, слегка повернутая набок после того, как он откинулся на спинку сиденья, а микрофон был пристегнут к поясу.

Борису пришлось взять у пилота наушники. Пришлось протянуть руку и взять у пилота наушники, иначе он не смог бы воспользоваться рацией, чтобы позвать на помощь. Он должен был дотянуться.…

Его руки снова задрожали. Он не хотел прикасаться к пилоту, не хотел тянуться к нему. Но он должен был. Надо было взять радио. Он слегка оторвал руки от руля и держал их, ожидая, что будет дальше.