Попаданка в деле, или Ваш любимый доктор

Пискун долго меня уговаривал, в итоге я сдалась и почти полчаса мучила свой организм, пытаясь выдавить из него хоть каплю волшебства. Тщетно… У нас ничего не получалось.

– Наверное, ты права. Придётся тебе для начала почитать учебники, начать с самых азов, – констатировал хомячок-мутант.

Я даже была с ним согласна. Чтобы выжить в этом мире, надо буквально перепрыгнуть через голову. Времени в обрез, все считают меня нейрой Эллен, крутой столичной магичкой. А я умею творить чудеса без магии, рождение ребёнка это тоже чудо, так ведь?

– Тогда завтра и начнём.

В чемодане целая переносная библиотека. А пока покажи, где Эллен хранила документы, и расскажи, о чём со мной может завтра говорить этот нейт Лейн.

К этому времени и улица, и дом погрузились во мрак. В окна-глазницы сочился тусклый лунный свет. Пока я шла по тёмным комнатам, казалось, будто по углам прячутся чудовища, готовые меня слопать.

По указке Пискуна я довольно быстро нашла в вещах Эллен магический светильник в виде банки, внутри которой парили яркие точки светляков.

Стоило тряхнуть её хорошенько, как огоньки вспыхнули и осветили унылую пыльную комнату.

В кожаном чехле под завалами нашлось свидетельство об окончании целительского факультета столичной Магической Академии, выписанного на имя Эллен Уолш. Там же лежало удостоверение личности. Изучив заветные бумажки, я зевнула и потёрла глаза.

Как там говорят? Утро вечера мудренее? Самым правильным будет набраться сил перед тяжёлым днём, а завтра надо будет Милли с малышкой проведать…

– Так что ты думаешь? Он попросит показать, как я колдую? – спросила пушистика, наматывающего круги по гостиной.

– Ну, я ведь не всезнающий, – хихикнул шерстяной вредина. – Придумай что-нибудь, импровизируй или просто сыграй дурочку. Ресницами похлопай, поулыбайся. Ты что, не знаешь, как это делается?

Я чуть не взвыла. За что мне это лохматое наказание!

– Завтра я должна постараться не спалиться, если ты забыл.

Пискун завис прямо у меня перед лицом.

– Но я и вправду не знаю! Я ведь ещё ребёнок… – добавил тихо и жалобно.

– Ладно, горе моё луковое. Пошли, уложу тебя.

Спал мой дружок в той самой шкатулке на подстилке из свежего лесного мха. Пожелав мне спокойной ночи, свернулся в комок и радостно захрапел.

А я перво-наперво перетрясла постель – хоть насекомых не было, и на том спасибо! Усатых и полосатых соседей я бы точно не пережила.