Оторва, или Как завоевать сердце бунтарки

Смесь страстного танго, зажигательной бачаты, и чувственного вальса. Иногда Миха танцует хип-хоп, а я радую зрителей гибкостью, исполняя джаз-модерн, или джаз-фанк. За пару часов собираем прилично и делим эту сумму между всеми поровну.

Миха в последний раз наклонил меня, заставляя прогнуться в спине, поставил на ноги, а я встала на руки, плавно опустилась на «мостик» и вышла из него, выпрямившись и снимая шапку.

– Спасибо! Спасибо за внимание и улыбки! – воскликнула, пытаясь отдышаться и пошла по кругу, собирая деньги.

– Вы клёвые! – крикнула девчонка из толпы.

– У-у-у! – нам не переставали хлопать и свистеть.

…завтра очередное видео появится на Ютуб.

– Мо-лод-цы! Мо-лод-цы!.. – хлопали и кричали девчонки.

– Спасибо, – сдула чёлку с глаз и замерла, увидев, как в шапку упала пятитысячная купюра. Медленно подняла взгляд и скептически выгнула бровь.

Ухмыляясь, на меня смотрел Невзоров, но взгляд источал равнодушие и холод.

– Забери, – ровно произнесла я. – Давай.

– Шутишь? – устало поинтересовался он.

 – Мне нужна твоя помощь, пойдём, – и бесцеремонно потянул меня за руку. Едва шапку не выронила.

– Я не помогаю за деньги! – вырвала руку и пихнула шапку подошедшему Михе.

– Лис, у тебя проблемы? – настороженно поинтересовался друг, внимательно рассматривая Невзорова.

– Да никаких, – отмахнулась я. – Только верни этому мажору деньги, – сунула руку в шапку, взяла купюру и протянула обратно.

Невзоров криво усмехнулся.

– Цену набиваешь? Сколько вы получаете, занимаясь попрошайничеством? Я дам больше.

Миха дёрнулся, словно хотел ударить, но я выставила руку, ощущая, как в груди ядом разливается гнев.

– Это кто вообще? – рядом встал Саня.

Стиснула челюсти, повернулась к ребятам, найдя в себе силы улыбнуться:

– Не обращайте внимания, соберите деньги, а то люди уже расходятся, а я отойду на минуту, – схватила за куртку этого невоспитанного индюка и потащила в сторону, подальше от любопытных глаз.

–Эй? – флегматично обратился он.

– Не эйкай! – огрызнулась в ответ и отпустила его.

 – Что ты себе позволяешь? Разбрасываешься деньгами, называешь меня и моих друзей попрошайками, но хочешь, чтобы я тебе помогала?

– Ты тратишь моё время, – холодно произнёс Невзоров, взглянув на наручные часы. – Тебе нужны деньги или нет?

– Ар-р!.. – зарычала, закатывая глаза и выдохнула. – Между попрошайничеством и выступлениями большая разница. Мы трудимся, а не сидим с протянутой рукой. Это работа, мы берём деньги за работу.