Однажды в Мейсоне

У меня друзья и… один единственный, кто в их число не входил – Джон Рид.

Я медленно передвигала ногами в его сторону. Прохлада на улице отрезвила меня, ведь я в рваной майке и джинсах. Встала позади него, не решаясь заговорить. Я боялась. Боялась больше разозлить его или огорчить?

– Спасибо, – тихо произнесла я. Джон повернул голову в мою сторону, нехотя отрываясь от машины.

– Что ты сказала? – чуть громче спросил он.

– Спасибо, что вытащил меня, – говорила я, не поднимая головы. Не хотелось видеть его глаза.

– Пожалуйста, – сухо ответил он и отвернулся. Я этого и ожидала. Последовала за ним и протянула руку.

– Мир?

Он покосился на меня. В тёмное время суток, где лицо освещал далёкий фонарь, трудно разглядеть эмоции. Я не знала, что делала, но понимала – это единственный способ как-то загладить вину.

– Нет, Сэм, не мир, – ровно произнёс он.

Моя рука опустилась, и я почувствовала стыд. И как я вообще могла надеяться на подобное? Я столько недель пилила его и ненавидела, а тут предложила мир.

– Друзья? – весело спросил он и протянул руку.

Я улыбнулась. Было что-то детское в этом. Такая радость в приобретении друга, что хотелось прыгать и носиться с воплями от счастья, но я лишь пожала его руку, сдерживая смех.

– Друзья.

Большая чёрная машина отъехала от здания полиции. Больше не хотелось видеть его. Джон привёз меня к магазину, который работал двадцать четыре часа. Там было немного из еды, напитков и попутной одежды с обувью, так же некоторые детали для машины и дома.

Я оставалась в авто. Моё лицо ещё было в крови, хоть я и пыталась убрать засохшие кусочки.

Через три минуты Рид вышел с бутылкой минеральной воды, льдом и новой белой майкой для меня.

– Выглядишь как кошка после отметки территории, – засмеялся он, заводя мотор.

– Много же ты о них знаешь, – ответила ему.

– Я позвонил в клуб. Все ждут нас.

– Ладно. Давай приведём меня в порядок и поедем.

Мы припарковались подальше от ярких фонарей, чтоб проезжие меньше видели мою побитую харю. Джон обработку ран взял в свои руки. Намочил кусок ткани, который, видимо, тоже купил, и начал вытирать остатки крови. Протёр нос, губы и подбородок. Спустился на шею и ключицы. А дальше всё! Ничего нет!

После он взял мою ладонь в свою и протёр припухшие костяшки. Да, выглядела я как боец с ринга, а не как кошка.

Всё это время я наблюдала за ним.