Клетка

Я громко рассмеялся над ее предположением о скорой свободе, уже и позабыв о предыдущем вопросе. До этого уничтожающая улыбка вмиг сползла с ее лица, и минутная смелость стремительно исчезла. Она приоткрыла в испуге рот и зажала ладошкой, пока я с насмешкой наблюдал за ее эмоциями.

– Скажешь потом, в каком журнале мне искать свою персону.

На полу все еще валялся канделябр. Мозги у нее работали как надо даже после большой дозы сильных препаратов. Прихватив подсвечник с собой и отперев дверь, ключи оказались в замке с противоположной стороны.

Я остановился на пороге комнаты на мгновение и через плечо бросил:

– На кресле твоя новая одежда. Если тебе, конечно, хочется оставаться в грязном и разорванном, можешь не принимать ее. Будешь хорошо себя вести – позже принесу еду.

Беатрис что-то злобно прошипела в мой адрес, но я уже не слушал ее. После столь сильного потрясения она не станет предпринимать попытки бегства, по крайне мере, в первые дни.

Глава 12

Алессио

Маркус смотрел недовольно, пока я спускался обратно на первый этаж, оставив канделябр на столе.

Кофе успел остыть и стал противным на вкус. Вылив его в раковину, я принялся заваривать новый, умалчивая о том, что произошло в гостевой комнате, при этом ощущая воцарившуюся напряженную атмосферу на кухне. Маркус внимательно и с осторожностью следил за моими движениями.

Кофемашина издала сигнал начала работы, и помещение заполнил аромат свежего напитка. Прислонившись спиной к кухонной столешнице, глазами нашел Энрико: он мерил шагами территорию перед домом, опустив голову и заведя руки за спину.

Я уже знал наперед, что он собирался сказать в свою защиту. После третьего слова он начнет повышать голос, считая, что так лучше и быстрее сможет донести информацию, теряясь в этот момент и не понимая, что разговаривает не со своим другом.

– Что ты опять задумал, Алессио? – Маркус неожиданно появился передо мной.

– Беатрис попробовала сбежать, как только увидела открытую дверь, и использовала канделябр для нападения, за что получила хлесткую пощечину от Энрико.

Теперь у нее разбитая опухшая губа, припухшая багряная щека и залитый кровью глаз. Наверное, будет больно в ближайшее время есть и разговаривать. И, заметь, все это сделал не я.

– Если бы я оказался полностью на твоей стороне, то ты бы сейчас добавил «пока что».

– Я не настолько жестокий, чтобы бить женщин.

– Твой предел – это похищение? – саркастично задал вопрос друг.

– Мне надоело слушать упреки.