Измена. Попробуй верни

– Ну, иди, я сейчас приготовлю тебе ванну. Ляжешь, полежишь, ничего страшного, в жизни и не такое бывает, – она потянула меня к лестнице наверх.

– А папа? – спрашиваю.

– Да он теперь до обеда будет спать, лёг почти в четыре. Так рад был, что, наконец, выдал тебя замуж. Ох, ох, не понравится ему, что ты вернусь так рано.

– Мне всё равно.

– Ладно, разберёмся.

Люба хорошая, добрая, в меру строгая. В общении со мной она практически выполняет ту функцию, которую должна выполнять мать.

Она это знает и относится к этому очень ответственно. А я просто люблю её. Конечно, я не доверяю ей свои девичьи секреты, потому что она немного несовременна и всё воспринимает не так как хотелось бы мне. Но в заботе обо мне, о моём здоровье Люба как мама. Точно.

Свою маму я помню урывками. Помню, что она тоже была такая добрая, как Люба.

Мы поднялись на второй этаж, в мою комнату. Тут всё почти так же, как было, когда мне было пятнадцать, я не сильно что-то меняю. Всё те же, розовые с ангелами шторы, всё те же мягкие игрушки на кровати.

Сейчас, войдя сюда после такого странного вечера, я поняла какая наивная и неподготовленная оказалась для большой жизни. Почувствовала контраст между тем, откуда я вышла и куда пришла.

Но этот виртуальный скачок во времени, заставил меня стать взрослой почти мгновенно. Срочно догнать упущенное. Отныне моя жизнь не будет прежней. Это однозначно.

Я разделась, приняла ванну с ароматной пеной, завернулась в уютный махровый халат и завалилась на свою кровать.

Натянула посильнее одеяло и закрыла глаза.

Спать. Только спать.

Пусть этот день поскорее закончится.

––

Хлопнула дверь, я вздрогнула и услышала голос отца:

– Какого чёрта ты тут делаешь, Малика?!

Одеяло взлетело, открывая меня, я только и успела поправить халат.

– Сейчас же вставай, одевайся, немедленно! Ты слышишь, хватит валяться! Ты сейчас же вернёшься к своему мужу!

– Он мне не муж, – говорю сонно, проводя ладною по глазам, – и никогда им не будет.

Отстань, я хочу спать.

– А ну, вставай! – отец дернул меня за руку, пришлось резко сесть.

– Что ты делаешь, папа! – возмущённо закричала я, – Я не хочу к нему возвращаться. Тебе надо сам и иди, а меня не трогайте!

– Объясни, что произошло? – встал он, передо мной, уперев руки в свой толстый живот.

Фигура моего папы далека до совершенства, он невысокий, полный и не очень красивый.