История Мишеля Боннара. Куранго

Месье Брут заставлял меня читать толстые книги и заучивать названия человеческих органов по латыни. Антуан устраивал опыты у себя в лаборатории и давал мне их описания. Я всё расшифровывал и переписывал в большую тетрадь. Вскоре я выучился каллиграфическому почерку. Работал на износ, но смог разобрать все завалы Брута, накопившиеся за годы его активных экспериментов.

В начале третьего года службы месье Брут пригласил меня как то вечером в свой кабинет и долго красноречиво говорил о моих стараниях, результатах моих трудов и о том, что он смог проникнуться ко мне достаточным доверием, чтобы наконец поручить серьезное и ответственное дело, соответствующее моему теперешнему уровню знаний и способностей.

Помню, как был взволнован в тот момент. Меня высоко оценили, и я ожидал, что теперь моя жизнь изменится. Так оно и случилось. Мне вот вот исполнилось восемнадцать лет, я был полон сил и надежд и, услышав от Антуана, что конкретно ему требовалось, оказался крайне разочарован.

– Поль, – начал Брут, – из мальчишки ты превратился в привлекательного молодого человека, так что тебе наверняка не составит труда познакомиться с девушкой и пригласить ее к нам на обед.

– Простите, но могу я узнать, зачем?

– Я хочу нанять Милене кого нибудь в помощь, но не могу поисками отвлекать ее от дел. Густав уже стар и, боюсь, не отличит девушку от юноши. А ты молод, обаятелен и наверняка найдешь нам хорошую помощницу.

– Без проблем.

– Вот и отлично, только тебе нужно кое что учесть.

Я требую от своих служащих абсолютной верности. Жить ей придется с нами, поэтому важно, чтобы у девушки не было родственников. Сирота подойдёт идеально.

– Можно начать прямо сегодня? – Мне не терпелось на свободу.

– Конечно. Надеюсь, не наделаешь глупостей и не сбежишь? Вынужден напомнить, что срок исковой давности ещё не истек.

– Я помню, месье Брут. Мне нравится у вас, и мне льстит ваша доброта. Я высоко ценю это. Даже не будь я связан обязательствами, все равно остался бы предан вам, – соврал я.

– Вот и славно, – удовлетворенно кивнул Антуан. – Приступай сегодня же.

Не поблагодарив его, я поспешил вон из кабинета, ворвался в свою комнатушку, схватил десять франков, которые мне когда то подарила Милена, и помчался на улицу. Я бежал несколько кварталов, прежде чем остановиться. Я дышал воздухом, Парижем, жизнью и был счастлив. Не думал ни о чем, кроме того, что могу наконец без страха передвигаться по городу.