История Мишеля Боннара. Куранго

– Что я? – Вики округлила голубые глаза.

Адам встал рядом с Полем, оценил его взглядом и торжественным голосом объявил:

– Хочу тебе представить, любимая, Поль Боннар – внук величайшего писателя Мишеля Боннара, – и обнял гостя за плечи. – Мы должны ему помочь.

Взгляд Вики выразил замешательство, затем тревогу, потом страх. Она подошла к столу и взяла один из фужеров:

– Адам, это твой бокал или его?

– Мой, дорогая.

Залпом поглотив остатки вина, девушка взяла бутылку и налила себе еще. Присев на высокий барный стул и закинув ногу на ногу, она сделала еще два больших глотка.

– Как ты, милая?

– Коньяк достань, – бросила Виктория, которой было не по себе.

– Вам, может, лимончик порезать? – обеспокоенно спросил Поль.

Вики смерила его взглядом, после которого он только и сумел сказать:

– Понял, молчу. – Он сел на свой стул, взял бокал двумя руками и, как примерный школьник на уроке, застыл, вытянувшись в струнку.

Адам обнял жену за плечи, немного покачал, налил коньяку и позволил любимой сделать несколько глотков:

– Ему нужна помощь.

Давай выслушаем его. Этот парень очень грустный, и история его грустная. Про молодых и прекрасных девушек, как ты. Меня страшит одна лишь мысль о том, что ты могла бы попасть в беду, а меня не оказалось бы рядом.

Изысканный алкоголь по праву считается самым действенным лекарством от нервных потрясений, потому что Вики стало значительно спокойнее. Немного затуманенный взгляд не выражал уже прежнего испуга. Равнодушным голосом она спросила:

– И где они?

– Кто, дорогая?

– Девицы, которые тут были до меня?

– Любимая, ты – единственная девушка на два с половиной акра нашей земли.

Поль, до этого едва сдерживавшийся, чтобы не встрять в семейную беседу, не вытерпел:

– Адам, дорогой друг и муж одной из самых прекрасных женщин, которых я встречал на своём веку, вернее, – поправился он, – за несколько веков, позвольте мне рассказать мою историю с самого начала, и Вики перестанет сердиться. Хотя в гневе она, безусловно, шикарна.

Щедрые комплименты Поля наконец возымели действие на девушку.

– Ладно, – снизошла она, – рассказывайте. Я подумаю.

Следующий час Поль посвятил тому, что со всем артистизмом и жаром, доступным скелету, пересказывал свою историю с начала и до того места, когда он стоял на коленях на набережной Сены.

«Вернувшись в настоящее», он обратил внимание на утопающую в слезах Вики. Она крепко обнимала мужа, присевшего рядом с ней на такой же высокий стул.