Русалочка должна умереть

По теплой тяжести ее тела, когда Ви засыпала у него на руках. По той потешной серьезности, с которой она наносила свой блеск для губ.

Тетя жужжала ему на ухо, чтобы не увлекался. Твердила: «Она отвергнет тебя, едва подрастет и поймет, кто мы с тобой и кто они с Джесси». Ральф сам это знал и потому, ценил каждый миг.

– Верена! – позвал он вновь.

– Она заперлась, – пробулькала Джессика. – Оставь ее.

Ральф весь напрягся. Ощетинился, словно волк и Джессика снова натянула рукав пониже. Ральф бросил сумку.

Тяжело шагая на пятку, приблизился, наклонился к ней и крепко ухватив за руку, быстро задрал рукав.

Джесс вскрикнула.

– Что это?! – спросил Ральф, недоуменно уставившись на круглый след, состоящий из красных черточек.

– Она меня укусила, – рявкнула Джессика. – Доволен?!

Желтый свет торшера на миг померк.

– Что ты с ней сделала?

– Ничего!

– Так не кусают за «ничего»!

Он с силой тряхнул ее за спутанные волосы. Книга упала на пол. Отбросив ее ногой, Ральф вихрем взлетел по лестнице.

Забарабанил ладонью в дверь…

– Верена? Ви? Ты слышишь? Открой, Верена!..

Послышался шорох, потом шаги. Потом дверь открылась.

– Что она сделала?

– Ничего!

Ее силуэт лишь слабо угадывался в свете проникающей сквозь окно луны. Ральф молча протянул руку и включил лампу. Верена сжалась. То, как она стояла, вся ее поза… Ральф ощутил такую ярость на Джесс!

– Она избила тебя? – спросил он, понимая, что сделает то же самое, даже если сядет в тюрьму.

– Нет.

Я просто устала.

– Дай я взгляну…

Она рванулась, Ральф удержал ее.

– Цуки, дай мне взглянуть…

Ви разрыдалась, прижавшись к его плечу; наклонив голову, Ральф осторожно задрал розовый халат. Ее бедра уже начинали формироваться, детский жирок исчез и вид багровых полос, вызвал прилив… да и ярости, но не только ярости.

Он никогда ее прежде не раздевал. Сейчас, когда она почти взрослая, уж точно не собирался. Но стоило только увидеть следы ремня, у Ральфа помутился рассудок.

Он осторожно приспустил шелковые трусики. Ничего недозволенного, лишь бок, но… от увиденного его качнуло. Ровные багровые полосы на белой жемчужной коже. И безупречная линия ягодиц.

Если тебе так хочется, жди ее…

Ральф, как безумный оттолкнул девочку. Не зная, куда деваться от своей мерзости, скатился кубарем вниз.

Ухватив Джессику за волосы, он поволок ее через коридор, в подвал. Распахнул двери. В лицо дохнуло сыростью и тюремными казематами.