Федеральный закон для Ушастых

Может, у нее и третье веко есть? Одета как из фэнтези. Длинное темно-зелёное платье из шелка. Массивная цепь на шее, на которой, в лучших традициях фэнтези, висит ключ с красными камнями. Возможно, рубинами, хотя их никогда не видела. На меня женщина зыркает крайне недобрым взглядом. Появляется чувство, что мне тут совсем не рады. Ладно, буду игнорировать тяжёлые взгляды.

– Мудрый хочет видеть ее у себя? – брежневские брови Нархоса взлетают вверх. – Это противоречит правилам приличия. Что с ним делали в том мире.

Мне совсем не хочется идти к королю, тем более разговаривать. Но я понимаю, что без этого никуда.

– В нашем мире это нормально! Ведите.

На меня пялятся как на врага народа. Ха! Меня этим не пронять.

– Я Каэ, – представляется мрачная женщина, – следуйте за мной.

Она надменно разворачивается и идет с гордо вскинутой головой. Ишь цаца. Я плетусь за ней. В форме жарко. Со лба уже начинает капать пот. Как же все надоело. Я уже не обращаю внимания ни на рисунки, ни на лепнину. Вся ситуация начинает порядком раздражать.

Идем мы долго. Видимо, дворец большой. Я уже устала. Наконец стучимся в дверь. Раздается знакомый голос:

– Пусть войдёт.

Слуга открывает дверь передо мной. Каэ разворачивается и уходит прочь.

– В смысле, я одна войду?

Мрачная женщина останавливается и поворачивает голову на сто восемьдесят градусов. Зрелище – жуть. Я кривлю лицо. Каэ надменно усмехается.

– В вашем мире это нормально!

– Ой ладно.

Я смело вхожу в комнату короля.

– Садись, я сейчас приду.

Я плюхаюсь в кресло, на его спинку кидаю портфель и куртку. Через пару минут выходит мой король. Красавчик. Уже чистенький. Улыбка во весь рот. Одет в темно-синее шелковое кимоно. Совершенно белые волосы расчесаны, убраны назад. На уши надеты такие серебряные украшения, что уши кажутся заостренными. Как у эльфа.

– Хотел увидеть тебя!

«Не скажу того же», – из меня начинает изливаться яд.

– Итак, Инна, я должен тебе все объяснить!

– Да уж, постарайтесь, и вкратце, мне на работу пора.

Его лицо делается грустным, мне это не нравится.

– К сожалению, ты не можешь вернуться. Я навсегда запечатал дверь в твой ужасный мир. Больше никто не попадет в этот ад.

– Что, простите?

Стараюсь держать самообладание. Видимо, мои взлетевшие брови и от испуга округленные глаза выдают меня. Не хочу я здесь оставаться. Мне двадцать семь скоро стукнет. Старовата для переездов.