И пес с ним

Медленный кивок с одновременным взглядом искоса. Значит, Сьюзи завладела его вниманием. Он скользнул глазами по мне, вновь посмотрел на нее и отвернулся.

– Тоже пережили развод? – осведомился мой напарник.

– О нет. В разводе были мои родители, поэтому о таких переменах в жизни я знаю не понаслышке.

Берни отхлебнул кофе. Я пару раз пробовал кофе и так и не понял всеобщих восторгов. Вода – вот мой напиток: не устаю наслаждаться вкусом.

– Так вы… гм… замужем? – спросил Берни.

Из дверей офисных зданий начали выходить люди.

Настало время ленча. Я и сам слегка проголодался, хотя, как правило, питаюсь один раз в день, ближе к ночи. Опять же, все вопросы, почему это так, задавайте не мне, а напарнику.

Теперь мы должны следить особенно внимательно, чтобы не упустить объект в толпе. Берни, однако, не просто утратил бдительность, а прекратил слежку совсем! Опустив голову, он рассматривал собственные ладони. Кисти рук у Берни большие и крепкие, один или два пальца немножко искривлены.

О чем он вообще думает? Неужто ждет ответа на свой вопрос? Сьюзи действительно что-то сказала, но я пропустил ее слова мимо ушей, потому что в это мгновение на противоположной стороне улицы, позади двух женщин замаячил наш объект. Берни гораздо лучше меня различает лица, особенно на расстоянии, но этого человека я запомнил, поскольку мы регулярно наблюдали за ним уже много дней, а кроме того, он носил большие черные усы, которые как бы разделяли его лицо на две части и сразу привлекали к себе внимание.

– На кого рычит Чет? – спросила Сьюзи.

– Я не… – Берни наконец поднял голову и выглянул из окошка. – Это он, Джастин Энтони-третий.

– Очень подозрительный тип, – заметила Сьюзи.

Мой напарник засмеялся. Что тут смешного?

Джастин Энтони-третий сел в огромный джип, вероятно, какой-нибудь «хаммер», которые так ненавидит Берни. Правда, может, и не «хаммер»: марки автомобилей – еще одно мое слабое место, ведь пахнут они все одинаково.

Здоровенное авто выехало на дорогу, мы двинулись вслед.

Берни ехал, держа дистанцию до объекта в одну-две машины. Объектом у нас всегда называется тот человек, за которым мы следим. Я выпрямил спину, потом привстал, чтобы вплотную приблизить морду к ветровому стеклу.

– Чет, ради Бога, сядь, пожалуйста. Погляди, что ты натворил с зеркалом!

Но… Хорошо. Я уселся обратно.

– И не сопи.

Тут уж ничем не могу помочь.

Сьюзи достала блокнот.