Беспамятники. Дело Ирода

Просто они жили в мегаполисах, – ответил Савва так уверенно, как будто он сам жил в этих мегаполисах.

– Где? – переспросила девушка, останавливаясь и заглядывая юноше в глаза – в карий и голубой попеременно.

– В ме-га-по-ли-сах, – медленно произнес Савва Куницын, словно она была умственно отсталая или глухая. – Были такие огромные города. Размером с Новороссию.

– Не может быть! – не поверила Дора.

– Точно тебе говорю. Я книгу читал, там и картинки, и карты были, – закивал утвердительно Савва.

Дора двинулась дальше. Савва за ней.

– Они к тому же много заводов понастроили. Это такие большие дома с машинами, – объяснил старший помощник наместника, предвидя её вопрос. – Эти машины гудели, чадили. Люди нервничали и много болели, ага.

– А в писании сказано, что Бог их покарал за грехи и разрушение природы – творения Божьего – и наслал кару небесную, – возмутилась Дора.

Она даже кулаки сжала, готовясь сражаться за веру.

– Ну, да. Стресс и депрессию можно назвать карой небесной, – дипломатично согласился Савва.

– Люди тронулись умом, творили разные безумства – жгли, убивали, рушили и умирали в страшных муках. А потом в Новой Византии родился Иисус и вместо страшного суда, даровал им второй шанс на спасение души – научил людей жить без страха. Правда, это прекрасно? – добавила Дора, улыбаясь.

Савва не успел ответить.

– Ой, простите, христиане! – завопил школьник, врезавшийся во влюблённую пару.

Сокол Гром мгновенно спикировал с высоты, однако поразить цель не успел.

Савва жестом остановил пернатого защитника.

"Свои. Не тронь!"

Савва Куницын приподнял мальчишку за воротник суконной курточки, потряс, да и отпустил. Что с ним ещё сделаешь?

– Беги на урок, шалопай, – крикнул старший помощник наместника, криво улыбаясь.

Ещё недавно и он вот также бегал на переменах, вырываясь из душного класса. До одиннадцати лет Савва Куницын ничем не отличался от остальных мальчишек. Драчливый, неугомонный, озорной, Савва не мог усидеть на одном месте.

Шалил, а на завтра всё забывал, если не записывал в блокнот, как учили в новоросских школах. Ведение блокнота-памятника был основным предметом образования.

* * *

Митрополит Леонтий хворал. Ломило кости, ныли колени, сердце колотилось, как бешеное, изводя его вконец. Однако сегодня ему предстояло ехать по деревням и весям. Нужно было освятить новые храмы и провести несколько обрядов рукоположения.