Беспамятники. Женщина на стене

 – Не слышу ответа.

– Ясно, – кивнул Лука, глядя в тарелку.

Валентин Сергеевич выдохнул и опустил плечи. Он сам страдал от своей несдержанности, от вспышек внезапного гнева, понимая, что великому князю нельзя так себя вести. Тем более с наследником. Кого он из него вырастит? Неврастеника? Размазню? Нет, нет, так нельзя.

– Лука, пойми, я не желаю тебе зла, – мягко начал Валентин Сергеевич. – Наоборот, я хочу, чтобы ты был счастлив. Но у нас у всех есть обязанности. Я – князь, ты – княжич. Так заведено предками.

Лука молча смотрел в тарелку. Великий опять вздохнул. Теперь наследник не скоро отойдёт от обиды.

– Ладно, прости меня, – шепеляво сказал Валентин Сергеевич. – Давай, я лучше расскажу о своих планах.

Лука не поднимал головы.

– Мы остаёмся в Новой Византии не просто так. Мы должны помочь встать на ноги новому государству. Это будет христианская страна, во главе которой встанут священники. В этой стране всё будет говорить о новом пришествии Христа. Наша с тобой задача сформировать армию стражников Христополя.

– Ваше величество, у нас это…, – со страхом начал доклад старший помощник великого князя.

– Что это?! – заорал на него Валентин Сергеевич. – Когда ты научишься докладывать по форме?

– У нас это… происшествие, – выдавил из себя старший помощник и отступил на шаг назад.

– Какое у вас происшествие? – неожиданно спокойно спросил Валентин Сергеевич.

Старший помощник кивнул, собираясь с духом.

– Голая девица упала с крепостной стены, – будничным голосом доложил детина и улыбнулся.

Великий князь нахмурился и схватился двумя пальцами за нижнюю губу.

– И чего ты лыбишься? – опять спокойно спросил Валентин Сергеевич.

Он встал, одёрнул зелёный китель и подошёл к старшему помощнику.

– Что здесь смешного? – спросил великий князь, разглядывая детину так, будто никогда его прежде не видел.

– Ну, это… голая же, – выдавил старший помощник, краснея.

– Вызвать ко мне полковника третьего полка. Немедленно! – заорал Валентин Сергеевич, брызгая слюной в лицо детине.

* * *

– Эх, Савва, Савва! Неужели в твоей деревне так плохо учат математике? – спросила Луиза, лучшая лучница первого полка, а может быть, и всей союзной армии.

Воительница гарцевала на рыжей, норовистой кобылице. Длинные волосы с красноватым отливом развевались волнами. С моря дул пронизывающий ветер. Красивое лицо девушки успело загореть за время крестового похода, однако тонкий шрам через лоб и левую щёку остался белым.