Указующий коготь

Придется прикопать добро в одном из наших схронов. Но соваться к Ногайларам я бы не советовал. Проснешься на рассвете у костра и вдруг поймешь, что ты умер. Они подходят к чужакам по принципу: пусть Бог в лучшем мире сам их там сортирует… И это еще не все о наших законах…

Браги стиснул плечо капитана железным пожатием:

– Знание закона не освобождает от желания его нарушить. Слушай, Оррин, притормози чуть, очень тебя прошу. Дай мне время эти новости раскумекать. И вообще, айда обратно в лагерь, а то там, небось, все думают, что мы тут уже друг другу глотки режем.

– Угу. А я тогда пока поразмышляю, чем мы можем вам пригодиться…

Через пару часов и дозорные, и путники, дохлебав варево и отбросив обглоданные кости, грелись в пламени жаркого костра и по–братски передавали друг другу походные фляжки и курительные трубки. И игроки, и юниты. Браги это оценил. Граница равняла чины и ранги. Лились неторопливые разговоры. Патрульные рассказывали гостям локации о своих буднях, засадах, скоротечных боях, потерях.

Даже ярл, осоловев от ужина и расслабившись, поведал немного о своих славных подвигах: Битве Народов при Шонихе, вике против Господина Тумана, разгроме Мокрого Места. Дозорные уважительно качали головами.

– Вы уже долго тут? – поинтересовался у Сильвии Пиявыч. – Вдали от дома?

– Почти полгода, – отозвалась она. – А впереди еще полстолько службы.

Остальные примолкли. Над поляной повисло небольшое облачко тоски по родному очагу.

– Кочуем, как цыгане, – невесело добавил Инхэм.

 – Таскаем артефакт по всей Пустыни. От фактории к фактории. Ничего, вот через три месяца выйдем на центральную ось, к Древу, и там нас сменят. Пятнадцать новых дозорных из Оплота. Столько же, сколько и нас было при начале похода.

– Миры меняются на охране? – удивился Браги.

– Конечно, – подтвердил Оррин. – Считайте, что вам еще крупно повезло. Появись вы на полгода раньше – пришлось бы иметь дело с патрулем Инферно. А там – иффриты и демоны. С ними особо не сговоришься. Чуть что – кривые сабли из ножен вон.

– Своеобразное, как я посмотрю у вас гостеприимство…

Костер расчертил огненным угольком кромешную тьму ночи. В лесном безмолвии возник странный булькающий звук и тут же резко заглох, словно существу его издавшему, с размаху дали кулаком по темечку. Издалека донеслись обрывки звонкой волчьей песни. Инхэм лениво глянул на пояс и пренебрежительно махнул рукой.

– Обычные. Не оборотни. По своим делам направляются. Нас не побеспокоят.