Камушки

Сам Батян выглядит колоритно: новенький американский камуфляж, ноги обуты в "казаки" на высоком каблуке, чтобы казаться выше, венчает композицию чудовищной афро-американской расцветки кепка какого-то клуба. И хотя пузатый Батян выглядит несколько комично, Лысому совсем не до смеха. Чича уже стоит у него за спиной, готовый выполнить любой приказ шефа, но Батя лишь подзывает буяна к себе.

– Что, гарсон, нервишки расшатались? – Лысый пару сезонов отработал официантом в Судаке и не любит, когда ему это напоминают.

А Батян хорошо это знает.

– Да, понимаете, Михал Ильич…

– Ты, козёл, – Батян, словно приговор читает – только что угробил работника, здорового и сильного. Завтра он должен был отправиться на урановую…

– Да ну что Вы, Михал Ильич, ну, погорячился я. Бока запорол…

– Не перебивать!.. Так вот, этот дикарь должен был пахать на меня. И на всех пацанов. Понял? Ты его убил, а я – потерял бабло.

– Шеф, ну, чего там, зверьков этих жалеть… Зато остальные спокойней будут…

– Туго врубаешься? Я не о нём, я о своём убытке! Ты, сявка, меня прокидал, ты всю братву прокидал! – Лысый бледнеет, бормоча невнятные оправдания, а Батян продолжает: – Нервы, значит, расшатались.

Подлечим. Отправим, наверно, вместо этого, тебя на уран. А? Поработаешь, успокоишься…

– Батян!.. Простите, Михал Ильич, простите… – на Лысого страшно смотреть, он пытается упасть на колени, но вездесущий Чича подхватывает штрафника за ворот рубашки.

– Чича, – шеф закуривает короткую толстую сигару, распространяющую фруктовый аромат, – ты парень авторитетный, побазарь с этим недоумком.

Да приберите быстрее доходягу! Он, наверно, сдох, в такую жару быстро вонять начнёт.

– Сделаем, Батян! – Чича круто разворачивается на каблуках, волоча за собой Лысого. – Студент, обеспечь!

– Дурень! – На зов Студента прибегает один из аборигенов с красной повязкой на руке. Студент выдаёт несколько слов на местном наречии. Дикарь подобострастно склоняется, затем, свистом подозвав двоих рабов, даёт им указания.

Труп уносят.

– Дурень? – удивляется Батян.

– Точно так, Михал Ильич, – смеётся Чича, – это Студент придумал. Клички для наших "шакалов". Дурень у них вроде бугра, наверно, потому, что самый высокий. Недели три, как у нас. Да Вы у самого Санька спросите.

– Студент, значит? Молодец. Ну-ка, иди сюда. Слышу, язык их хорошо выучил.

– Что Вы, Михаил Ильич, так, самое необходимое…

– Не скромничай.