Код Лавакрона

Мы прикончили первую упаковку пива как раз к моменту, когда раструб одного из воздуховодов проскрежетал ангельским голоском моей стимфалийской пташки:

– Здесь Хухлик! К Домику приближаются четыре объекта. Троих идентифицирую, как теплокровных гуманоидов, четвертый – биоорганическое существо, аналогичное мне. Применить превентивное обгаживание?

– Отставить. Подтверждаю дружеский статус объектов и право доступа гуманоидов внутрь Хибары.

– Они что, знают пароль? – заинтересованно спросил Набуяг.

 – Ты и впрямь радушный хозяин!

– Нет.

– Тогда как демоны попадут вниз?

– Им неизвестен код, но его знает Хухлик. И Хухлик умеет говорить.

– А–а–а, – разочарованно протянул Ом.

– Да и смысла в знании немного – пароль я меняю каждый день.

– М–м–м, – совсем приуныл мой приятель и, помычав несколько секунд, словно жевал подошву, добавил. – Ловко. Надо Танцору тоже раздобыть речевой блок. Нет. Передумал. Еще скажет чего–нибудь такого, что я сам не обрадуюсь.

Нас, армейцев, в Лавакроне немного, я думал, что будет куда больше. Само собой разумеется, мы стараемся поддерживать связь и вообще помогать друг другу. Трое бывших вояк, которых я сейчас ждал в гости, даже поселились поближе ко мне, чтобы в случае чего сообща противостоять неприятностям. Которые, как мы и предполагали, ждать себя не заставили.

Хормуст – крепкий парень, китаец по национальности. Он признался, что ему стукнуло двадцать пять как раз накануне прайдовской ссылки, хотя для своего здешнего образа он избрал внешность древнего старца.

Проявил фантазию, тут такое приветствуется. Не то, что я, который просто взял и скопировал свою татуировку с груди. У Хормуста развевающиеся седые патлы, лицо без единой кровинки, ярко–красные глаза без зрачков и такие же красные губы. Причем, это не силиконовая маска, а натуральная пластика. Парню пришлось пережить несколько операций, чтобы приобрести нынешнее состояние. Красавец получился отменный. Ему даже не нужны в руках устрашающие атрибуты власти, потому что когда эта страхолюдина верхом на верном персекуторе по кличке Лин Ту возникает в зоне видимости, у любого грешника появляется лишь одно единственное страстное желание – бежать!

Своего Лин Ту он выменял с нижнего уровня, с самого ночного Сарвария. Что отдал взамен – не говорит. Когда животину везли через Стимоний, она вырубилась начисто.