Игра

Атли ушел на встречу с организаторами, ему нужно было сообщить о нашем прибытии, получить необходимые документы с картой и выяснить в каком месте нам предстоит разбивать свою стоянку. Эта процедура была стандартной и не менялась на протяжении нескольких лет. Несмотря на общую усталость, с лиц, прибывших не сползали улыбки. Ещё бы, этого выезда ждали долго, по сути весь год, лишь этой мыслью и жили.

– Жрать охота, – проскулил Шмыга развалившийся на сумках.

На его грудь шлепнулась барбариска. Проходящий мимо парнишка улыбнулся.

– Ага, – недоуменно глядя на подарок, выдавил голодающий, – очь смешно.

Конфетку он все же сунул в рот и решил по удобнее устроиться среди сумок, но подремать ему не дали. Пришел Атли.

– Поднимаемся! – воскликнул он, – нам предстоит длинная дорога.

Народ закопошился, натягивая на себя лямки рюкзаков и сумок.

– Стоять будем вон там, – продолжал вещать старшой, тыча пальцем в направлении жиденького перелеска.

– Бли-ин, – протянул кто-то, – вот нифига себе.

Атли ехидно улыбнулся.

– Не перед лесом, – добавил он, – а на поляне за ним.

– Ваще красота, – заскулил Шмыга, – будем стоять в конце географии, превосходно.

На нытье ребят конечно же никто не обращал внимания. Сложно было всерьез воспринимать подобные фразочки выдаваемые лучезарно улыбающимися лицами.

Атли привел нас на место нашей стоянки и, объяснив, чего, да как, снова испарился. Наши девчонки сразу же принялись за приготовление обеда, а парни, вооружившись топорами лопатками и прочими сельскохозяйственными инструментами рассосались по месту стоянки.

Работа закипела, ставились палатки, городились навесы, устраивались кострища и прочие атрибуты полевой жизни.

Радик находился на этом полигоне уже в четвертый раз, но именно сейчас особенно радовался этому событию. Потому как в прошлом году ему не удалось попасть на фестиваль, и он уже истосковался по тем краскам жизни, которые ему давали ролевки.

К вечеру, когда установка поселка была практически окончена, ребята из команды разбрелись по поляне, занимаясь своими делами.

Кто-то сидел у костра и, брякая на гитаре напевал, кто-то продолжал дошивать недошитое и доделывать недоделанное, работа продолжалась, а в некоторых палатках не прекратится и до утра. Радик тоже не лоботрясничал. Красить доспех вонючей аэрозольной краской в поезде конечно было глупо, поэтому некрашеные решили заняться этим по прибытии. Таковых ребят нашлось достаточно.