2022. У подножия нового мира

В этих вот туфлях она танцевала в Доме Культуры, когда первый раз увидела дедушку… С этим вот чемоданчиком уезжала на Целину… А вот радиоприемник, по которому Левитан рассказывал про Гагарина… И который ещё можно починить! Наверное…

Но внукам все это мешает. Им, скорее всего, хочется вообще не иметь антресолей. Зачем держать дома всякую рухлядь?

Да и с высокими потолками как-то получше…

Иногда, конечно, при разборке антресолей можно найти что-нибудь интересное. Антиквариат! Но это бывает очень нечасто.

Но пока внуки ещё не добрались до антресолей, в почти каждой старой питерской квартире ждет своего часа своеобразная капсула времени. Кто-то, распечатав ее, не найдет ничего, кроме старья и хлама, который остается только выбросить. Но кто-то там, сквозь запахи книжной пыли и нафталина сможет ещё уловить дух ушедшей безвозвратно Эпохи… Эпохи, когда люди уже научились летать в космос, но никак не решались выкинуть старую сковородку или стоптанные ботинки.

Хотя и восхищаться ими тоже не получается.

Антресоли в квартире Плахиных были очень большими, даже по питерским меркам. Почти два метра в длину! Чтобы достать то, что лежало в глубине, надо было залезть туда целиком…

А елочные игрушки, к сожалению, должны были быть в самом конце. Так что Плахин нисколько не лукавил, когда говорил про глубокое погружение.

Сергей и не помнил, когда они последний раз доставали их. Мама ещё была, вроде… Ну да, конечно, была! Кажется, он ещё в школе учился… Потом они елку ставить почему-то перестали.

Да, кстати, а почему? Что такое тогда произошло?

Не помню… Давно ведь дело было!

Ладно, это сейчас не важно. Так, ставим стремянку… Стоит вроде бы хорошо, не болтается. Поехали!

Поднявшись наверх, он решительно выдернул шпингалет, удерживающий дверцу в прошлое. Та вдруг резко распахнулась, чуть не сбросив его со стремянки вниз.

Сергей промолчал, хотя и с большим трудом. «В Санкт-Петербурге живут очень культурные люди. Когда они попадают себе молотком по пальцу, то вместо того, чтобы выругаться, читают вслух «Евгения Онегина», – вспомнил он фразу из своей молодости. Будем же культурными, блин…

К тому же, это была полностью его вина. Ближе всего к выходу стояли пустые коробки от его ботинок, места для которых на антресолях уже не было.