Ловушка для «Осьминога»

Демографический взрыв и рост преступности, загрязнение окружающей среды и увеличение числа самоубийц хотя бы в Швеции – такой благополучной стране, которая воевала бог знает когда… Почему?

– Эта страна похожа на толстяка, обряженного в шелковые кальсоны фиолетового цвета, – сказал Стив Фергюссон.

– Странное у вас отношение к родине предков, – улыбнулся Майкл. – Ведь ваш дед был шведом…

– Вы плохо знаете мою родословную, – зло огрызнулся Стив. – Бабушка…

– Извините, Стив.

– На здоровье. А дед был финном, и отец – финн. И я тоже. Понятно?

– Вполне. А как же половина русской крови, которая течет в ваших жилах?

– Все равно я финн. И довольно об этом.

Майкл Джимлин пожал плечами и повернулся к Сандерсу.

– Мой коллега Роберт Ардри, разумеется, по прошлой профессии, написал как-то в «Лайфе» о том, что если рассматривать разнообразные проявления насилия в нашем безумном мире как выражение естественного порядка в природе и общественной жизни, то придем к выводу: наша судьба предрешена – мы конченые люди.

Подошел официант с подносом, и Майкл замолчал.

– Мне кажется, – сказал Вильям Сандерс, – что это связано с духовным и моральным истощением европейской цивилизации. В нее нужно влить новые силы. В этом долг Америки, ее миссионерская обязанность.

– В Америке стреляют чаще, чем в Европе, – заметил Стив Фергюссон.

– Самое интересное в том, – задумчиво произнес Майкл Джимлин, – что рост насилия обусловлен скачком всех форм цивилизации и культуры, хотя прежде насилие всегда ассоциировалось с низшими, первобытными культурами. Корифеи, утверждавшие, будто достаточно человека просветить и тогда он утратит природную агрессивность, ошибались. Оказалось, что все это не так-то просто.

– Давайте перейдем к делу, джентльмены, – предложил Вильям Сандерс. – Как я полагаю, у нас еще найдется время, чтобы послушать ваши весьма интересные умозаключения, Майкл. Но сейчас я хотел бы предоставить слово Стиву. Итак, ваши предложения по организации прикрытия нашего нового учреждения, мистер Фергюссон.

Стив отпил глоток вина из бокала, достал из пачки сигарету, прикурил ее от зажигалки.