Шпион

Это могла быть разводка Второго, о чем меня, кстати, предупреждали. А если, ёпрст, это реальное предостережение? Аноним этот сраный сказал: «Я бы мотал отсюда»… «Отсюда», а не «оттуда»! Значит, он тут, в особняке? Ну, не догонял я целей этой хитроумной игры! Сколько ни тужился понять, только запутывался больше.

Я встал с постели и подошел к окну. Мадридский двор был залит солнечным светом и пуст. Ни единой живой души. Ни одной подсказки. Ни одной кнопки сохранения игры. Я вдруг отчетливо понял Комова Второго: соточка крепкого сейчас бы не помешала.

А то и две.

6

Комов Первый мрачно потер виски, направился к бару и плеснул в стакан минералки. Сегодня он был суровее обычного, суровый такой манекен. Я не стал уточнять – почему. Кое-что о характере Первого я уже знал. Он со стаканом в руках начал расхаживать по кабинету у меня перед носом, словно маятник. Хоть бы от стены к стеллажам ходил, а то сделает два шага и обратно. Раздражает нереально.

– В лабораторию, значит, не повел, – пробормотал он.

 – Похвастаться не захотел… Почему?

– Чем похвастаться? – спросил я.

– А я знаю? Чем-нибудь.

– Александр Ильич, да странно, что он с первого раза начнет доверять. Я не жду.

– А я жду! – вдруг рявкнул он так, что вода выплеснулась из стакана ему на руку. – Времени у нас мало.

– Мне показалось, он в легенду не очень поверил.

– Чушь! Поверил – не поверил… Что он может знать? Он Игоря не видел с семилетнего возраста! С сестрицей двоюродной почти не общался.

Помощи у нее запросил, глянь-ка! Решил, почему-то, что она, спустя столько лет… – Он замолк, играя желваками.

– Буду искать подходы, – сказал я, и он поморщился. – Вы слишком драматизируете…

– Слушай! – оборвал меня Комов Первый, останавливаясь и нависая надо мной со стаканом. – Выкручивайся, как хочешь. Только быстро!

– Быстро, – вздохнул я. – Тут бы не переборщить. Не спугнуть.

– Мы должны его опередить, а не он нас. Втирайся в доверие. Расспрашивай о прошлом. Сочувствуй.

Найди его слабую точку. Уяснил?

– Я завтра пойду в лабораторию, – заверил я. – По-любому. Что-нибудь придумаю.

– Да черт с ней, с лабораторией! – воскликнул он, и вода хлюпнулась мне на колени.

Я подскочил и чуть отодвинулся. Потрогал мокрые пятна.

– Не понял.

– Сумка важнее! – процедил Комов Первый. – Найди мне сумку, Христа ради!

Он судорожно отпил из стакана, облившись.

– Может, стоит ослабить карантин? – сказал я. – Жесткач какой-то.