От порога за горизонт

Я опять подумал: «Неужели я действительно в Африке?». Стройные изогнутые пальмы покачивались на ветру, будто бы кивая мне в знак согласия.

Степа с Катей быстро уснули, а я еще немного пообщался на кухне с Амиром. Он улыбался и говорил, что утром начнется наше путешествие по Марокко и мы увидим много удивительного. А затем сказал уже другой, серьезной интонацией, как напутствие перед дорогой:

– Я научу тебя двум самым важным марокканским словам. Запомни, а лучше запиши: «ишхаль» и «бзэф». Первое переводится как «сколько», а второе – «много».

Марокко – это один большой рынок, здесь нужно уметь торговаться, – пояснил Амир, – иначе в Марокко не выжить».

Я кивнул в знак благодарности и записал в заметки телефона ценные слова.

Ночью, лежа на узкой скрипучей кровати, я смотрел в темный потолок и думал: «Я дома у палестинца, которого увидел сегодня впервые; на соседних койках мои попутчики, с которыми мы знакомы всего несколько часов; но всех этих людей я уже считаю своими и они мне уже дороги.

Удивительные вещи происходят в путешествиях». С этими мыслями я отдался в объятия ночи и провалился в пелену глубокого сна.

Ледяная костлявая рука схватила меня за плечо и начала трясти. Я в испуге открыл глаза. Передо мной стоял раздражающе бодрый Степа и улыбался.

– Пора ехать, дорога длинная, – произнес он серьезным тоном начальника.

Рассветные лучи пробивались через щель в шторах, рисуя золотые полосы на стенах. Я вынырнул из-под теплого одеяла, сел на кровать и коснулся голыми ступнями холодного пола.

Бодрящее средство. Мы собрали вещи, простились с сонным Амиром, поблагодарив за гостеприимство. Он меня вновь обнял, но уже без поцелуя, и сказал:

– Давай, брат! На связи.

Утренние улицы, отдававшие ночной прохладой, пустовали. Лишь редкие дворники размахивали метлами в синих тенях зданий, стирая признаки шумной ночи. В воздухе пахло апельсинами и сыростью. Прямая широкая дорога вела нас из столицы страны к первой точке на карте – пленительному и романтичному городу небесно-голубого цвета Шефшауэну.

Воображение рисовало красочные картинки, а в груди возникло чувство трепета перед встречей с чем-то удивительным. Старенький пыльный Peugeot вез нас на встречу с новым городом.

Луга сменялись лесистой местностью. Пальмы чередовались с плантациями апельсинов. Оранжевые плоды покачивались на ветках деревьев и валялись на земле под ними. Можно было остановиться и нарвать себе фруктов прямо с дерева.