Мангуп

Разве это не чудесно: город на воде, струящиеся, сверкающие на солнце улицы – реки, дворцы, вырастающие прямо из морских волн?

– Тем более, когда в этих волнах плавает столько мусора, дохлых крыс, а порой даже трупы людей.

– Ну, ты брюзга! Смотри на прекрасное. Вода в каналах чистая, её очищают постоянные приливы и отливы. По утрам она даже пахнет арбузами. В ней полно живности: рыбы, крабов. А крабы в грязной воде не водятся. Хоть и грязно на улицах, но все внутренние углы домов заложены кирпичами, чтобы никто не смог сходить в туалет в неположенном месте.

Ни в одном городе ты не видел столько чудесных мозаик, шедевров архитектуры и скульптуры. Ты никогда не видел, чтобы люди так заботились о чистоте своего тела. Такого количества бань нет ни в одной стране мира. Говорят, венецианки моются каждый день. Нигде в Европе женщины не пахнут столь приятно, как в Венеции.

– Тебе, княжич уже удалось обнюхать всех женщин Европы? Здесь при каждой бане куча дешёвых проституток. А всё самое прекрасное украдено у Византии.

– Можешь ты, наконец, быть оптимистом? Не украдено, а спасено от уничтожения турками.

Сначала друзья остановились у постоянного посла Молдовы в Венеции, но потом Александр съездил в Банк Венеции и привёз оттуда с помощью слуги Василе – Василия целый мешок венецианских золотых монет со львом – dukati.

После такого успеха друзья подыскали себе отдельный домик с комнатами для слуг, с кухней, небольшим внутренним двориком и стойлом, куда можно было поставить лошадей и карету, не очень-то и нужную на островах.

Домик имел два входа: сухопутный, через который во двор загнали карету с лошадьми, и морской: крыльцо со ступенями, уходящими под воду. Возле крыльца из дна торчало окрашенное в синий цвет с красным навершием бревно, к которому была привязана гондола.

Гондольер и домашняя прислуга входили в контракт. Теперь, проплывая в гондоле по узким каналам, они могли видеть, как венецианки в компании домочадцев подставляют свои плечи под весенние лучи венецианского солнца.

Днём на улицах, кроме проституток, приличных женщин почти не было видно. Впрочем, отличить приличную женщину от неприличной удавалось не всегда: большинство прохожих носили маски. На некоторых – целые маскарадные костюмы.

После дня святого Штефана начался карнавал. Плотные толпы делили улицы на два встречных потока. Играла музыка почти на каждой пьяццо. Бродячие артисты показывали фокусы и смешили толпу.