Волчина позорный. Детектив

И – в «Белый лебедь!» Так какое поведение на зоне хорошее? За что раньше срока выпускают? Окурки под шконку не скидываешь или вертухаев заточкой не протыкаешь?

– А я хрен его знает, – засмущался урка. – Мне «кум» говорит, что я или вдруг под амнистию иду, а то за примерное поведение волю дают. Мне чё, отказываться?

– Понятно, – хмыкнул Александр Павлович. – А вот я тебя в шестьдесят седьмом на базаре по «гоп-стопу» следакам сдал. Ты помнишь. Года на три ты шел. Но тебя, бляха, вообще фактически оправдали.

Полгода условно. Вот в деле написано. Может, Леонид Ильич за тебя попросил? Ты не родственник Брежневу?

– Чё вы всё шутите? – Костя сделал вид, что обиделся. – Говорю же – маза мне какая-то прёт. А почему – сам не понимаю. Точняк! Везучий, значит.

– Ну, ладно, – подошел к нему Тихонов. – Я вот тебя сейчас поведу сам в свой кабинет. На опознание. Тебя официантка из кафе «Спутник» с каким-то фраером видела. В окно. Вот её заявление. Она – свидетель. Вы за углом зарезали двоих мужиков.

А это, Костя, были мужики с нашего быткомбината. Они экспедиторами работали в цехе пластмассы, где отливают строительные каски. Как раз в этот день их и убили. Показать заявление? Она чётко утверждает, что узнает, если увидит. И она уже едет сюда. Было это убийство четырнадцатого октября прошлого года.

Малович достал из папки какую-то бумажку, исписанную сверху до низу. Помахал ей издали и обратно спрятал.

– Но ты прикинь, Сугробин. Вот веду я тебя, – продолжил Володя без выражения.

 – А ты – раз! И как будто рванул к выходу. Чтобы сбежать. А я тебя из «макара» завалил тремя пулями в голову и в спину с левой стороны, где сердце. При попытке к бегству. Мне медаль дадут. Пошли, что ли? И он крикнул: – Конвойный, открывай дверь.

– Да подожди, Владимир Иваныч, – Александр наклонился к лицу Сугробина. – Организовать попытку к бегству – раз плюнуть. Ему и бегать не придётся. Напишем в рапорте, что пытался сбежать и всё. Кто проверять будет? Был бы человек.

А то – шнифт, вошь зоновская. Кому он нужен – заступаться за него?

– А в папке ещё одно свидетельское есть, – Малович пошел к столу. – Это житель дома напротив. Он со второго этажа, с кухни всё видел. Мы же опрос на месте преступления делали. Это обязательно. Без опроса населения у нас и рапорты не принимают. Я тебе про свидетелей говорю спокойно, не боюсь за них. Потому, что ты, скорее всего, ляжешь при попытке к бегству.