Я твой день в октябре

Не получалось. Всё казалось ему, что секретарь обкома Альтов победит папу Игната Ефимовича и взять в семью низшего статусом простолюдина Лёху Надежде запретит своей властью, данной ему Центральным Комитетом партии. Осталось дожить до завтра. Содрогаясь, но надеясь.

Соблюдая последовательность важнейших событий житейских, опустить и не показывать картинку семейного совета Альтовых я не имею права.

Надежда открыла дверь своим ключом. Пошла тихонько в свою комнату, нацепила просторный дачный сарафан, на котором не была обозначена талия.

Сквозь тишину вечернюю, спровоцированную глубоким погружением родителей в чтение высокохудожественной литературы, перебралась на кухню. Удивительно, кстати, что голосящий сутками радиоприёмник во всех домах и квартирах зарайских жителей никак не влиял на тишину. Если кто-нибудь не кричал, не бил звонкую посуду о стены, то при работающем громкоговорителе тишина не страдала. Музыка ли бравурная оптимистическая-социалистическая из приемников билась о стены, диктор ли торжественно вещал об очередных победах на фронтах трудовых – всё одно никто этого не замечал и чувствовал покой и тишь.

– Папа! Мама! Я на кухне. Пришла уже, – крикнула Надя. Поломала тишину.

Порвала.

– Сейчас! – отозвалась Лариса Степановна. – Страницу дочитаю и разогрею ужин тебе.

– Привет! – баритоном сказал папа громко и с доброй интонацией.

– Идите скорее. Потом дочитаете, – Надежда почему-то эти рядовые слова выкрикнула торжественно.

Минут через пять вошли родители.

Папа с книгой рассказов Эдгара По, мама с «Сагой о Форсайтах» Джона Голсуорси.

–Что? – спросил папа, пока Лариса Степановна укладывала книгу на край стола.

– Да ничего особенного, – Надежда весело улыбнулась. – Я беременна. Два месяца уже.

– Забавно, – села напротив мама, пока Игнат Ефимович соображал: послышалось ему или нет.

– И? – сообразил он, что не послышалось.

– Что – «и»? – передразнила мужа Лариса Степановна. – Она беременна, видите ли. Пугает так.

Но мы-то не из пугливых! Сама три раза была в этом увлекательном процессе.

– Ну и ты будешь сейчас меня просить, чтобы аборт тебе сделали не в городской гинекологии, а в обкомовской клинике? – упер локти в стол папа, а подбородок уложил на кулаки. – Чтобы про Альтова потом на всех этажах обкома, а потом по всей области трепались, что дочка у него несла в подоле, да не донесла? Что дочка у Альтова гулящая, но неумелая? Умелые гуляют, но предохраняются.