Дожди мёртвых империй

Соум помнил, как агенты ворвались в дом Имеда ранним утром и буквально выволокли его и дядю на улицу в спальном белье для опроса по делу об убийстве молодой семьи. Тогда дядя находился в таком гневе, что он ударил одного из агентов за какое-то незначительное замечание в его адрес. И хотя дядя не старался попасть ему в лицо, но ключица, все таки, у служителя порядка была сломана. За это дяде устроили двухдневный допрос и заставили писать множество извинений в адрес пострадавшего и Агентства в целом. Однако как заметил Соум, после одного покалеченного агенты стали обращаться к дяде более уважительно.

– А где сейчас наш любитель ночной рыбалки? – спросил Имед.

– Он сейчас находится в оздоровительной палате, с ним работают врачи. – Речь Фауба звучала ровно и четко.

– Завтра с утра его ко мне в кабинет.

– Будет сделано.

Имед все также глядел на костер. Соум смотрел в сторону океана, ловя лицом соленый ветерок. Фауб был в неловком положении: то ли ему ждать продолжение разговора, то ли идти.

– Ну, я пойду? – осторожно спросил Фауб.

– Конечно, Фауб, конечно.

Долговязый Фауб зашагал большими шагами в сторону цветных фонариков.

Имед был немного на взводе. Это ощущалось так, как будто воздух вокруг него дрожал и рябил, готовый обрушится на того, кто посмеет хотя бы посмотреть в его сторону.

– Дядя, может пойдем? – спросил Соум, закутываясь в плед.

– Да, пожалуй, – сказал Имед и начал засыпать песком костер.

Они шли медленно в сторону городка, укутавшись в пледы и держа пустые кружки из-под фриггового напитка.

– Соум, как тебе праздник?

– Мне понравился, особенно северные песни и застолье.

– И все?

– Ну, – помедлил Соум, – еда была тоже вкусная.

– Эх, Соум! Ты даже не заметил, как на тебя смотрела та девица в синем платье?

– Дочь рыбака?

– Ну, конечно. Она наблюдала за каждым твоим шагом, следила за тобой, как хищная птица за полевым грызуном.

– Странно. Я даже не заметил.

– Ты еще молодой! Сила Ирувар только зарождается в тебе, – со смехом ответил Имед.

Лунный свет поглотил большую часть спальни большим бледно-голубым прямоугольником через окно в потолке. Сам же хозяин дома в спальном костюме сидел за письменным столом, освещенным настольной лампой, и просматривал отчет Фауба о ночном происшествии. Вроде не было ничего не обычного. Имед добрался до последней страницы отчета.