Полис. Хроника

Что-то тревожило её в этих кошмарах, но она не могла понять, что именно.

Дождавшись сумерек, она вышла из кафе и по привычному маршруту отправилась домой. Уже стемнело. Вдруг она услышала какой-то звук, тихий, ритмичный, напоминающий… шёпот. Девушка испугалась и со всех ног рванула домой, а вокруг неё раздавались звуки одержимых людей и крики их жертв, сумерки окрасились багрянцем. Она бежала и бежала, пока прямо перед ней не упала какая-то женщина, преследуемая обезумевшим мужчиной. Он нагнал её и занёс руку для удара.

Лиза подбежала ближе и, выставив руку вперёд в надежде вразумить нападавшего, прокричала: «Нет!». Тут перед глазами всё поплыло. Она стояла посреди улицы и кричала на прохожего, который протянул руку помощи поскользнувшейся на льду подруге. Сумерки приобрели свой стандартный цвет, никаких звуков вокруг больше слышно не было. Мужчина в недоумении глядел на неё и спрашивал, всё ли у неё в порядке. Она не ответила, а просто побежала домой со всех ног, страх сковал её душу. Едва перешагнув коридор, она упала на колени и заплакала. «Я схожу с ума!» – только эта мысль и крутилась у неё в голове. Пульс отбивал в голове ритм её страха, и только бутылка вина, надолго опрокинутая, могла помочь ей побороть его. Алкоголь всегда действовал на неё дурманящим образом, и она провалилась в сон, едва голова её коснулась подушки. Как и следовало ожидать, ночью Лизе явился похожий кошмар. Снова голоса настойчивым шёпотом повторяли одно и то же непонятное слово, вокруг стояли непонятные приборы, только теперь в этой обшитой или состоящей из металла комнате находился и тот серокожий из прошлого сна. Он недвижно стоял метрах в десяти от девушки, с опущенной головой, держа руки за спиной. Лиза набралась смелости и медленно пошла навстречу. С каждым шагом шёпот становился всё отчётливее, и, когда расстояние до незнакомца было не более двух метров, наконец выразился в одно единственное слово, бесконечно повторяемое: «Дратн, Дратн, Дратн». Она остановилась, шёпот стал наращивать ритм, произнося слово всё быстрее и быстрее, уже крича его, но тут незнакомец поднял голову, и наступила тишина. Он начал говорить и голос его, совсем неестественный, металлический, заставлял кожу Лизы покрываться мурашками:

– Не противься Каре, – только и сказал он, проницательно смотря девушке в глаза.

– Что? – в недоумении спросила Лиза, – Какой Каре?

– То, что ты видела прошлым утром, – сказал он, слегка наклонив голову вниз, – Нельзя было этому мешать.