Стоящий на колеснице

Взгляд могучего воина, будто раздвинул не только эти холмы, но и само время. Пятнадцать лет назад, будучи в расцвете своей силы, он уводил из родных мест пятьдесят колесничих, почти сотню воинов и восемьдесят семейств…

Теперь от былой славы и могущества остались только усталость и обреченность. Из всего племени этот страшный поход – переселение пережило не более трети. Поэтому, приходись прятаться и избегать любых столкновений с теми племенами, которым повезло больше. Во всех трех ветвях осталось семь колесничих, и можно было набрать не более пятнадцати нормальных воинов.

Остальные были либо уже стары, для войны, либо, наоборот, неопытные мальчишки по восемнадцать, двадцать лет. Раньше, Медвежья лапа, так звали вождя, любого врага вызвал бы на поединок, но, это раньше. Силы были уже не те. Сама смерть не пугала, но поражение вождя означало бы смерть племени. Все люди, которые ему верили, оказались бы лишены имен и вынуждены были бы влачить жалкое существование низших людей, на окраинах поселков живя в семьях победителей. Такого допустить вождь не мог. И люди молча, мучаясь от жажды и жары, ждали. Это ожидание явно затягивалось, но, отправленные в долину колесничие все никак не возвращались.

– Ты опять этого Лисеныша позвал? – Рядом остановил свою колесницу жрец.

– Этот мальчик наш талисман. Талисман жизни племени.

– То, что он остался жить, не значит, что с ним говорят духи и боги. Опять не будет воды, богам не нравится, что ты делаешь.

– Это не нравится тебе. А что можешь предложить ты, верховный жрец?

– Надо возродить те обычаи, при которых наш народ жил достойно.

– Приносить кровавые жертвы? Мы и так потеряли две трети людей. Это наши люди, наша кровь. Я не отдам ни одного человека.

– И потеряешь всех. Отдай мне одного и увидишь, боги проявят милость.

– Я стоящий на колеснице, мне не нужна милость. Мне нужны пастбища и вода, победы и радостный детский смех в моих поселках!

– Твои слова оскорбляют богов.

Отдай мальчишку, пока еще есть возможность спасти наше племя.

– Это угроза? – Голос вождя не изменился, но опытный жрец почувствовал сомнения. Он рассчитал все верно. Ничего, не ответив вождю, жрец развернул колесницу и укатил в хвост колонны.

Вождь решил, что если мальчик укажет мертвое направление, то, возможно, его придется отдать жрецу. Власть этого страшного человека становилась сильнее с каждой новой неудачей племени.