Энергия нулевой точки

Обречённость не на уровне психики, культуры, физиологии. Обречённость на уровне ДНК, которая некогда, тысячелетия назад, была подвержена насильственной модификации. Думаю, Майер понял и другое: ему никто не поверит. – Ленски тряхнул тетрадью. – Это – сенсация. Бомба. Достачно ей появиться в информационном поле, в любом виде, как тут же заинтересовались бы самим автором. И тогда бы выяснилось, кем на самом деле был доктор Майер. И вся сенсация сошла бы на нет. Сомневаюсь, что найдётся хоть одно крупное научное издание, которое захочет мараться о фашисткую мразь.

Это понимал и Майер. Потому он и решил использовать тебя. – Британец вторично припечатал дневник о ладонь. – Бомба под современное мироустройство Европы.

– Новая война за чистоту расы.

– Именно! Фашист был уверен в том, что ты не остановишься на полдороге, станешь копать. И он в тебе не ошибся.

Год 2019-й, после Р. Х., Мальдивы, Индийский океан.

Только покинув в машине городского такси Мале, современную многоэтажную столицу Мальдив и выскочив на скоростную межостровную трассу, Женька вспомнил слова министра:

– А что Аббас имел ввиду? Что ты должен мне сказать?

Женька и Грэнвил расположились на заднем сиденье.

Американец наклонился, указал водителю на управление кондиционером. Вскоре в машине стало прохладнее.

Грэнвил смотрел в окно, за которым мелькали пальмы, сквозь которые виднелся отливающий бирюзой океан.

– Джени, тебе пора работать самостоятельно.

– Я так и работал. – Женька тоже смотрел за окно.

– В интернете. А я тебе говорю о настоящей, контактной работе.

– Горака вычислили через интернет. – Михайловский повернулся к напарнику. – И я занимался не только анализом. Я ведь дважды помогал тебе.

– Помню. – Грэнвил откинулся на кожаное сиденье, закрыл глаза. – И я не говорю, что работа в сетях не нужна, или мелочь. Ответственная работа. Но никакой интернет не заменит прямой контакт. Тебя, кстати, тоже привлекали подобным способом.

Женька пригляделся к американцу.

– Ты подаёшь в отставку?

– Что? – Грэнвил расхохотался.

 – Джени, мы не та структура, из которой можно просто так уйти. И не потому, что тебя не отпустят. Хочешь – катись на все четыре стороны. Сам не захочешь.

Американец похлопал Женьку по колену:

– Скажи, не мне, себе, и только честно: после того, что ты узнал, сможешь покинуть Храма?

Михайловский промолчал.

– То-то и оно. – Грэнвил снова уставился в окно. – Чаще всего из Храма уходят по одной естественной причине.