Криминальный талант

 – Ну так что, Вадим, вся эта история значит?

– Серьезно, Сергей Георгиевич, грешу на гипноз. В общем, какая-нибудь телепатия.

– В принципе телепатию я не отвергаю. Но ты опять пошел по сложному пути, а я тебе, помнишь, говорил – природа и преступники выбирают самые краткие и экономичные дороги.

– Девка-то совсем другая! Ничего общего с той, которую описали ребята…

– Что ж, она изменила свой облик?

– Я не знаю возможностей телепатии, – пожал плечами Петельников.

Рябинин медленно поднял руку и как бы между прочим поднес ее ко рту.

Инспектор покосился на следователя, который задумчиво обгрызал ноготь на большом пальце. Петельников не мешал, и в кабинете майора стало тихо, и в вытрезвителе было тихо, потому что утром пьяные не поступают. Инспектор смотрел выпуклыми черными глазами на руку следователя, а тот сосредоточенно разделывался уже с мизинцем.

– Их работает двое, – вдруг сказал Петельников.

Рябинин отрицательно помотал головой и медленно спросил:

– Вадим, на первом курсе всегда рассказывают случай, как во время лекций на юрфаке вошел пьяный и начал приставать к профессору?

– Помню, инсценировка.

А потом студенты описывают, и каждый по-разному. А-а, вот ты к чему. Но показания наших ребят в общем-то совпали.

– Совпали, – тягуче подтвердил Рябинин.

Он говорил, будто ему страшно не хотелось выталкивать слова изо рта, будто они кончились. Для ясных слов нужна ясная мысль, а его мысль, почти ясную, нужно еще проверять.

– Есть величины постоянные, а есть величины переменные.

Если, конечно, такие понятия применимы к человеческому облику. Что мы отнесем к постоянным признакам?

– Ну, рост, плюс-минус каблуки… Комплекцию, цвет глаз… – перечислил Петельников.

– Вот и давай. Твоя Вера какого роста?

– Чуть ниже среднего. Не полная, но плотная, с хорошими формами, такими, знаешь… – Инспектор изобразил руками волнистое движение.

– Чудесно! Ира-Клава ведь тоже такая. Глаза, взгляд?

– Ну, большие… Цвета не рассмотрел, но взгляд вроде задумчивого, смотрит и не спешит.

– Прекрасно! Про такой взгляд говорил и Капличников, – обрадовался Рябинин.

– Сергей Георгиевич, да не может быть! Черные косы вокруг головы, темные широкие брови, знаешь такие, как их называют… кустистые.

– А это, Вадим, величины переменные. В наш век косметики, синтетики, париков, шиньонов и синхрофазотронов из белой стать черной не проблема.

Теперь Петельников молчаливо вперился взглядом в следователя, оценивая сказанное.