Памяти не предав: Памяти не предав. И снова война. Время войны

Командир пришельцев, отдышавшись, оглядел своих спасителей, остановился взглядом на немецких МР-40, советском ППД с дисковым магазином, карабинах Мосина и пулемете Дегтярева в руках красноармейцев, протянул руку командиру и коротко сказал:

– Спасибо, мужики, выручили.

Командир разведгруппы, посланной руководством окруженной группировки, с интересом оглядел экипировку новых знакомых, пожал протянутую руку, но, тем не менее, не выказал такого удивления, как ожидал командир пришельцев.

– Да ничего.

Меня, кстати, Игорь зовут.

– Максим.

– Ну, тогда надо бежать дальше, Максим, загоняют нас они, а там ваши уже заждались.

Тот, кто представился Максимом, чуть опешил.

– Какие такие наши?

– Ну, ваши, из специального батальона НКВД, они нас и послали вас встретить и проводить в расположение.

Максим никак не мог понять, что тут происходит. То, что их раздолбали и потом гнали эсэсовцы, то, что портал накрылся медным тазом, и, видимо, на базе рванули ядерный заряд, тоже было понятно, но вот то, что их ждали и послали помощь, ну это вообще ни в какие ворота.

А точнее – кто?

– А с чего ты взял, что они наши?

Этот молодой, но уже побитый жизнью армейский разведчик ухмыльнулся.

– Так и форма похожая, и оружие, и радиостанции у каждого…

Надежда, что не все потеряно, забрезжила у пришельца.

– А кто там старший, у наших?

Это они уже говорили на бегу, пытаясь хоть как-то после многокилометрового бега держать темп, потому что сзади уже начали опять хлопать выстрелы преследователей.

Разведчик прохрипел:

– Майор госбезопасности Кречетов…

– Да, дела… – прохрипел тот, кто представился Максимом, при этом абсолютно ничего не понимая.

Их нагнали через полчаса и прижали к речушке с обрывистым песчаным берегом. Переправиться с ранеными не было никакой возможности – на фланге уже засел немецкий пулеметчик, который грамотно простреливал всю гладь воды. Бой принимал затяжной характер, нападавших они проредили, но все равно соотношение сил было однозначно в пользу немцев, под плотным огнем противника и советские разведчики, и спецназовцы откатывались к берегу.

Игорь несколько раз пускал вверх ракеты, подавая отчаянные сигналы, прося помощь, но время шло, раненые товарищи истекали кровью, патроны заканчивались раньше, чем живые эсэсовцы, а ничего не изменялось.

Когда в автомате закончились патроны, пришлось достать «Грача» и уже отстреливаться из него.