Памяти не предав: Памяти не предав. И снова война. Время войны

Сейчас мы считались террористами, которые захватили заложников, но противная сторона была еще не в курсе правил диалога, которые выработались к концу века. Еще не было показательных захватов людей, перед камерами, еще бородатые абреки не прикрывались беременными женщинами и не дарили их приговоренным детям просроченные «Сникерсы».

– Значит, так, Ира, слушай меня внимательно.

Она молчала.

– Посмотри мне в глаза.

Никакой реакции. Ладно, уже строже:

– Посмотри мне в глаза.

Она несмело подняла глаза и уставилась на меня.

«Ну совсем дите, ну кто таких на войну берет, вон вся дрожит от страха».

– Ира, запомни, никто здесь ничего плохого тебе не сделает. Запомни. Поняла?

Она еле заметно кивнула головой.

– Повторяй: «Со мной никто ничего здесь не сделает. Все будет хорошо». Ну, повтори.

Девушка на автомате проговорила фразу. Потом еще раз, и еще, по мере повторения она немного успокоилась.

– Ну вот и хорошо. Значит, так, Ира. Тут есть много раненых, им нужно срочно оказать помощь, но у нас нет такой возможности.

Мы сейчас известим людей на улице, что ты выходишь. Ты передашь им следующие требования, запоминай. Первое. Два человека с носилками без ремней, без оружия, без гимнастерок – забирают раненых. Второе. Немедленный приезд начальника Севастопольского горотдела НКВД старшего лейтенанта госбезопасности Нефедова. Все, Ира, иди.

Она удивленно смотрела на меня, как бы не веря. Я чуть повысил голос:

– Игорь! Игорь Дунаев!

– Я, товарищ майор.

– Ты там вроде знакомого нашел?

– Да нет, моряк просто.

Так, покричали, и все.

– Ну вот покричи, что выпускаем девчонку-телефонистку, чтоб не стреляли.

– Хорошо, сделаем.

Я на спину откинулся и прислонился затылком к прохладной стене, опять навалилась тошнота, и хотелось лечь на пол и свернуться калачиком. За углом в темноту что-то кричал Дунаев, но сквозь шум в голове я плохо воспринимал все происходящее и постепенно скатывался в дрему. Тут меня кто-то бесцеремонно начал трясти.

– Товарищ майор, санитары пришли за ранеными.

– Обыскали?

– Конечно, все нормально.

– Давай их сюда.

То, что это никакие не санитары, было видно невооруженным глазом. Молодые сильные парни, скорее всего, либо армейская разведка, либо моряки переоделись. Они осторожно, но с явным интересом пялились на нашу амуницию, особенно на приборы ночного видения, которые носили на головах бойцы, но пытались казаться простоватыми увальнями.

– Ладно, «санитары».